доллар    57.5 $
евро 67.49 €
23 октября, 22:03
+8 в Грозном

У кавказцев надо еще поучиться бизнесу

19 января в 17:36 (2011 г.)
19.01.2011 /17:32/ Сегодня исполняется год с момента создания Северо-Кавказского федерального округа. 19 января 2010 года шесть республик и Ставропольский край были выделены из состава Южного федерального округа и объединены в новый. О том, куда теперь идет Кавказ, корреспонденту "Известий" Александре Белуза рассказывает вице-премьер, полномочный представитель президента в Северо-Кавказском федеральном округе Александр Хлопонин. известия: Александр Геннадьевич, за последний год произошло много знаковых событий и для Северного Кавказа, и для всей России, однако вверенный вам регион остается источником тревожных новостей...

александр хлопонин: Давайте так. Сам по себе Северный Кавказ для России - это территория, которая пережила очень большие потрясения в недавнем прошлом. Прежде всего две чеченские войны, что наложило большой отпечаток на всей ситуации на Кавказе, и не учитывать эту специфику мы не можем. На Кавказе сегодня сконцентрировано большое количество оружия, действуют диверсионные группировки, которые совершают террористические акты. Поэтому Кавказ является территорией, с которой - хотим мы того или нет - пока будут приходить не совсем хорошие известия, и ситуация там, как мы всегда говорим, стабильно напряженная. Тем не менее я не могу сказать, что ситуация не меняется. Со стороны силовых структур достигнуты определенные успехи. Например, по итогам 2010 года общее количество актов террористической направленности сократилось на 20%. Это очень высокий показатель.

александр хлопонин: Это говорит о том, что проведена массированная работа по вычищению Кавказа от террористических элементов. Но, конечно, нельзя сказать, что мы поставили точку в этом вопросе.

известия: В последнее время наиболее тревожные сводки приходят из Кабардино-Балкарии. Эксперты говорят о всплеске активности вооруженного подполья и витке напряженности. С чем это связано?

хлопонин: Что вы называете витком напряженности? Вы знаете, что Шамиль Басаев был родом из этих мест и в свое время заявил: то, что я сделал в Кабардино-Балкарии, уже никогда не изменится, мы там нашу власть установили навсегда. По большому счету, две самые болезненные точки Кабардино-Балкарии - это Баксанский и Эльбрусский районы. Сегодня мы очень серьезно работаем там над нормализацией обстановки. Надеюсь, в ближайшее время кардинально изменим ситуацию. У правоохранительных органов и силовых структур сегодня хорошая координация, они работают по всей территории Северо-Кавказского федерального округа.

и: Не так давно вы высказывали идею сформировать экспертное сообщество по проблемам Северного Кавказа, которое займется выработкой рекомендаций для предотвращения конфликтов. Речь идет об этнических отношениях, тема которых стала актуальной из-за бунта на Манежной площади, или каких-то других?

хлопонин: Понимаете, глубина проблематики развития Кавказа очень обширна. И здесь речь идет не только о конфликтах различного характера - межнациональных, приграничных, миграционных, земельных и многих других, которые сегодня имеют место практически в каждой республике. Они достались по наследству в силу определенной недоразвитости территории, в силу опять-таки военных событий, которые происходили на Кавказе.

Мы же должны говорить и о перспективе. Нельзя к процессам подъема экономики Кавказа подходить исключительно с позиций макроэкономических показателей, цифр. Чтобы сделать любой достаточно крупный инвестиционный проект, нужно учитывать специфику территории - межнациональных отношений, занятости и структуры населения, коррупционный и политический фон. Поэтому, безусловно, не опираясь на экспертное сообщество, решать сугубо экономические задачи было бы неправильно. В этой связи и возникло предложение создать такой институт. Подчеркиваю - институт с маленькой буквы. Не какой-то научный центр, а в виде некоммерческого партнерства либо в виде фонда (сейчас мы прорабатываем этот вопрос), в который мы привлекли бы экспертов по Кавказу из различных исследовательских центров. И они уже составляли бы дорожную карту - конкретные пути решения каждой отдельной проблемы. Думаю, уже к концу первого полугодия мы такое экспертное сообщество создадим.

и: На ваш взгляд, в чем была причина беспорядков на национальной почве в Москве? Это проявление бытовой ксенофобии или следствие, скажем так, не всегда адекватного поведения выходцев из северокавказских республик в столице и других городах?

хлопонин: Думаю, что вряд ли скажу лучше, чем об этом сказали президент Дмитрий Медведев и председатель правительства Владимир Путин. Действительно, мы из одной формации - социалистического государства, которое было выстроено исключительно идеологически, - перешли в другую систему и управления, и государственного устройства, и принципов общественного взаимодействия. И вместо той идеологии, которая была связана с общностью под названием советский народ, мы ничего взамен пока что не смогли предложить. Не думаю, что что-то и надо предлагать в плане такой глобальной наднациональной идеи, тем не менее это очень важный фактор. Мы оказались не готовы к этому процессу. Собственно говоря, и получили.

Второй момент - сегодня многие страны мира сталкиваются почти с теми же проблемами. Возьмите Францию, Испанию, Германию. Например, среди граждан Франции большое количество мусульман, которые стали в институты и школы ходить в хиджабах. И целые государства сегодня думают над тем, каким образом провести ассимиляцию, сделать так, чтобы это не приводило к межнациональным и межконфессиональным конфликтам. В каждой стране свои подходы. И нам надо искать собственные подходы к решению этой проблемы. Она реально существует. От нее нельзя отказываться. И мы над этим очень серьезно работаем. Это будет и одной из задач группы экспертов. При этом не надо все время изобретать что-то новое. Есть интересные наработки, которые были и в советское время, начиная от образовательных программ и заканчивая моделями мобильности населения.

Это одна сторона. Есть и другая сторона проблемы, о которой вы говорите. К сожалению, на Кавказе огромное количество молодых людей, которые не могут реализовать себя непосредственно в своем регионе и двигаются в сторону крупных городов. А если они и там не нашли себя, то в лучшем случае они возвращаются назад, в худшем - попадают в руки тех же самых бандформирований, тех же преступных группировок. И в результате мы видим с вами ситуацию, когда в ресторанах, кафе или в других общественных местах сидят ребята с оружием и позволяют себе вести себя абсолютно неадекватно. Это, безусловно, не может не вызывать определенное раздражение или агрессию у тех людей, чье социальное спокойствие таким образом нарушается. И здесь конечно же очень высока роль и ответственность правоохранительной системы, государства, которое должно жесточайшим образом пресекать эти действия. И люди должны это видеть.

и: У вас нет опасений, что с Кавказа может последовать какая-то обратная реакция, когда кавказская молодежь начнет собираться под провокационными лозунгами?

хлопонин: Хотел бы обозначить главную вещь: нет сегодня на Кавказе никаких ксенофобий по отношению к остальной России. По большому счету, и во всей России в городах нет тотальной ксенофобии по отношению к кавказцам. Огромное количество наших граждан - выходцев с Кавказа - являются очень авторитетными, заслуженными людьми. Мы общаемся, мы встречаемся. И на бытовом уровне у нас этой ксенофобии нет. Она возникает как раз в тот момент, когда прекращается четкое, жесткое соблюдение прав, норм и законов. Ровно в тот момент, когда какой-то чиновник взял взятку и прикрыл то или иное преступление, это вызывает протест, раздражение людей. Не должно быть ненаказанным любое противоправное действие, на какой бы территории нашей страны оно ни происходило. Если это происходит на Кавказе, любые попытки нарушения закона со стороны и этнически русского, и кавказского населения должны жестко пресекаться. В противном случае люди начнут не доверять государству, люди будут вынуждены сами защищаться. Это сигнал, который прозвучал.

и: Еще одно событие, которое потрясло страну, - это бандитский беспредел в краснодарской станице Кущевской. Можно ли, на ваш взгляд, провести здесь аналогию с рядом республик Кавказа (например, с Дагестаном, Кабардино-Балкарией) и сказать, что там люди в селениях нередко боятся боевиков так же, как в Кущевской боялись Цапоков?

хлопонин: А почему параллели с Кавказом? Почему не с Сибирью, Дальним Востоком, Уралом? У нас что, Кавказ ассоциируется исключительно с преступными элементами? Поймите, селение - и на Кавказе, и в любой другой части России - это в принципе одна и та же конструкция с точки зрения управления. Если тотальная коррупция, слияние криминала с властью, то не важно - на Кавказе это или в другой части России, это всегда страшное событие для территории. Когда я был губернатором Красноярского края, мы тоже сталкивались с подобным беспределом в отдаленных селах, куда, что называется, только на вертолете можно долететь. И выжигали это явление каленым железом. Поэтому я не стал бы проводить параллели с Кавказом. Я бы говорил о том, что это острейшая болячка, которая всплыла на поверхность в станице Кущевской. Но она, к сожалению, есть и в других регионах России, в том числе и на Кавказе, безусловно.

и: Свой вариант Кущевской есть и на Ставрополье - это Красногвардейский район. Недавно завершено расследование уголовного дела в отношении Игоря Грунтовского и Владимира Бороздинова, которые, по версии следствия, отнимали бизнес у мелких предпринимателей и держали в страхе чуть ли не весь район. В отношении их дело передано в суд. Будет ли какое-то разбирательство в отношении тех, кто их покрывал?

хлопонин:
Давайте дождемся решения суда. Но могу вам сказать: на протяжении ведения следствия совершалось огромное количество попыток со стороны власть имущих развалить это дело на множество мелких и увести от факта группового преступления. Сперва непосредственно в муниципальном районе, нам приходилось переносить дело на уровень региона, но до сих пор продолжаются попытки его развалить. И нам приходится все время держать ситуацию под контролем. Надо отдать должное нашей правоохранительной системе, которая очень жестко сейчас взялась за это дело, хотя постоянно ощущает на себе давление со стороны местных органов власти. И это я точно знаю. И то, что мы дело будем доводить до финала, и то, что виновные понесут заслуженную ответственность. В противном случае люди вообще перестанут доверять власти. И если у вас будут какие-то сигналы, информируйте. Мы только будем благодарны, если дополнительно информация будет поступать и от жителей, и от СМИ.

и: Говорят, на федеральной трассе "Кавказ" сотрудники ГИБДД особенно рьяно собирают дань с автомобилистов. По крайней мере, об этом много пишется на форумах. Поступают ли такого рода жалобы к вам?

хлопонин: Да, поступают, и у нас в планах на этот год очень серьезные проверки на этой трассе. С одной стороны, трасса федеральная, с другой стороны - разделена между субъектами РФ структурами ГИБДД, подчиненными министерствам разных регионов. Мы проводили эксперимент: брали автомобиль-фургон, груженный продуктами, и пытались его провезти, посмотреть, в состоянии ли вообще перемещаться грузы. Ситуация крайне тяжелая, конечно. И факты поборов имеют место. Были очень серьезные выводы сделаны. Сегодня мы прорабатываем, как сделать так, чтобы трасса была свободной с точки зрения мобильности - не только передвижения людей, но и грузов. Самый большой блок - обеспечение системы внутренней торговли. Мы сейчас готовим предложения и в Совет безопасности, и председателю правительства, и министру внутренних дел. Думаю, что соответствующее решение будет принято.

и: Одна из ключевых проблем в республиках - низкий уровень образования. Сейчас идет обсуждение проекта нового закона об образовании. Поможет ли он решить проблемы, которые существуют в этой сфере на Кавказе?

хлопонин: То, что находится в поле обсуждения общественности, - это вопрос, связанный с ЕГЭ и с моделью поступления студентов из республик в вузы. Количество и купленных дипломов, и поддельных ЕГЭ, и оценка реальной эффективности знаний говорит о том, что в ряде республик очень слабо поставлена работа в этом направлении. И самое неприятное - что мы на самом деле обманываем наших детей и стараемся, чтобы они любым способом получили это образование. В этом плане, безусловно, в новом законопроекте внесены определенные изменения, которые позволяют усилить контроль качества проведения ЕГЭ. Другое дело, что еще много спорных вопросов о качестве самого ЕГЭ с точки зрения содержательной части. Мы создали в Северо-Кавказском федеральном округе Координационный совет, в который вошли ректоры всех наших высших учебных заведений, где мы очень серьезно обсуждаем всю проблематику вокруг ЕГЭ и качества поступления в вузы.

Могу привести позитивный пример - это Чеченская Республика, где Рамзан Кадыров, что называется, силовым способом сделал так, чтобы оценка знаний детей, которые сдают ЕГЭ, была реальной: установил видеокамеры в помещениях для сдачи экзаменов. Он получил очень плохой результат. И очевидно, что он сделал абсолютно правильные выводы по поводу квалификации преподавательского состава и качества образования в школах. Сейчас ситуация в Чечне выправляется и семимильными шагами система школьного образования идет вперед. И имеем другой пример. У нас есть республики, скажем, Карачаево-Черкесия, где число получивших высочайшие баллы просто зашкаливает. У нас такого количества отличников нет, например, в Санкт-Петербурге. Вот это, мне кажется, расслабленность, разнузданность региональной системы образования. Здесь явные факты коррупции, искусственного завышения баллов, явные факты, когда за ребятишек заполняют эти ЕГЭ. Здесь надо проводить очень серьезные разбирательства. Передо мной такие задачи поставлены, и уже в текущем году надеемся получить абсолютно другой результат.

и: Когда в округе будет создан Северо-Кавказский федеральный университет?

хлопонин:
К концу февраля будет представлена его концепция. После ее утверждения начнем заниматься формированием самой структуры. Предполагается, что Северо-Кавказский федеральный университет будет создан в Ставрополе, я сейчас не буду говорить, на базе какого вуза. Есть огромное количество предложений, пока что окончательного выбора мы не сделали. В любом случае это будет шаг вперед для развития качества высшего образования в округе. Специальности, по которым станем готовить ребят, будут напрямую связаны со Стратегией развития Северо-Кавказского федерального округа до 2025 года. Причем как в плане технических профессий, так и в плане гуманитарных. Если мы говорим, что на Кавказе должны развиваться такие отрасли экономики, как строительство, туризм, транспортная логистика, агропромышленный и топливно-энергетический комплексы, то все это должно найти свое место и в подготовке специалистов. Но мы не должны забывать и о другой специфике. Это вопросы исламоведения, культуры и традиций Кавказа. Поэтому думаем сейчас о возможности создания внутри Северо-Кавказского университета исламского светского университета, который готовил бы специалистов-исламистов, настоящих профессионалов в этой области.

Еще один очень важный аспект, на который хотел бы обратить внимание, - это контроль и проверка лицензий филиалов московских, питерских, уральских вузов. Их огромное количество на Кавказе. Вот там качество образования требует очень серьезного осмысления и принятия кардинальных решений, вплоть до закрытия и лишения лицензий. Проверка начнется в этом году.

и: Комплексная стратегия развития округа - пожалуй, главный итог годовой работы.

хлопонин: Мы не ставили перед собой цели осуществить какие-то грандиозные планы в 2010 году. У нас, если вы обратили внимание, в стратегии переходный период - это 2010-2012 годы. Поэтому это подготовительный этап. В его рамках мы даже в какой-то степени превзошли свои возможности. Потому что в кратчайшие сроки подготовили, с моей точки зрения, достаточно качественную стратегию, которая до этого никогда не принималась в отношении Северного Кавказа. Можно сколько угодно экспертов пригласить, они найдут миллион изъянов, и мы готовы к диалогу, готовы корректировать стратегию в той или иной форме. Но главное - она подготовлена. На федеральном уровне принято такое количество решений и актов, которые позволяют реализовывать стратегию. Это создание и особых экономических зон по развитию туристического кластера на Кавказе, и корпорации развития с уставным капиталом 500 млн рублей, и государственные гарантии в размере 50 млрд в год, и так далее. То есть очень много решений. Кстати, могу сказать, они уже дали определенные результаты. Цифры могу привести. Количество официально зарегистрированных в округе безработных (было 480 тысяч) сократилось на 88 тысяч человек. Это очень высокий показатель - люди поверили в то, что сегодня можно работать, создавать малые и средние предприятия. Или то, что у нас уже 37 проектов в этом году будут реализовываться на территории Северного Кавказа, достаточно крупных - на сумму свыше 400 млрд. рублей. Тоже показатель того, что государство создало определенные условия для прихода российских инвесторов. И я верю, что мы будем двигаться вперед.

и: Одно из скептических замечаний, которое часто высказывается в отношении и туристического кластера, и некоторых других, - это то, что местные бизнесмены не хотят развития. Уровень сервиса в том же Домбае не меняется годами. С вашей точки зрения, есть у кавказских предпринимателей какой-то особый менталитет или нет?

хлопонин: Да нет, конечно. У кавказцев надо еще поучиться бизнесу. У них как раз какая-то патологическая тяга к бизнесу и особенно к возможности заработать, быть богатым, красиво одеваться, ездить на хороших машинах, ходить в дорогих костюмах. Они к этому, наоборот, предрасположены и заинтересованы открывать и развивать свое дело. Только они не знают как. Поэтому, если до них донести следующую мысль: "Ребята, надо жить не от того, что ты украл, а от того, что ты создал, и у тебя есть возможность от того, что ты создал, получить в десять раз больше от того, что ты украдешь", - они с большим удовольствием будут делать этот бизнес - очень качественный и интересный. Надо научить их мыслить другими категориями. Что мы не вместо них придем и что-то сделаем, а их выкинем из этого сегмента экономики. Наоборот, там будет развиваться огромный курорт, тебя никто оттуда не выкинет, тебе создадут условия, при которых ты можешь расширять, развивать свой бизнес. Пожалуйста, строй маленькие ресторанчики, гостиницы, занимайся этим.

и: Ощущаете ли вы противодействие со стороны каких-то политических сил региона?

хлопонин: Нет, противодействия не ощущаю. С тех пор как мы стали создавать институты гражданского общества, наоборот, вижу стремление общественности, авторитетных людей Кавказа всячески содействовать изменению ситуации. Поэтому я здесь ощущаю пока что поддержку. Нужно просто в этом направлении работу усиливать в значительной степени.

и: Что в республиках делается для того, чтобы люди почувствовали: власть готова их слушать?

хлопонин:
За год или за два кардинально изменить отношение к власти достаточно сложно. Но могу сказать, что на уровне руководителей субъектов Российской Федерации ситуация меняется. Не так быстро, как хотелось бы, но работа ведется. Я вижу, например, как главы регионов начинают привлекать к решению задач развития территории представителей бизнеса. Это очень важно. Начинают выстраивать прозрачные правила игры и бороться с теми же коррупционными составляющими, которые существуют. Постепенно пересматривается подход даже в отношении клановости. И я абсолютно убежден, что этот атавизм - подбор команды не по профессиональным качествам, а по родственным связям - отходит в прошлое. Думаю, что как раз это даст коренной поворот в отношении доверия населения к власти.

и:
У вас уникальная должность - полпред президента и вице-премьер одновременно. Такая синергия экономических и политических полномочий помогает в решении проблем или, напротив, приходится делать большое количество бумажной работы, отчетов?

хлопонин: Я бы сказал по-другому. Конечно же это уникальные полномочия. И я не могу сказать, что каких-то полномочий, например, не хватает для достижения целей. Мне достаточно функций, которые делегированы президентом страны и председателем правительства. Это по большому счету реально означает приближение Центра к Кавказу. Потому что мы сегодня серьезно заходим на Кавказ и решаем проблемы. Но при этом я привык работать в другой системе координат. Когда я был губернатором, у меня была своя вертикаль, с которой я мог спрашивать. Сейчас моя функция лежит в области координации и взаимодействия. Это, с одной стороны, очень высокая ответственность и доверие. С другой стороны, это немного сложновато, потому что не я решаю, а руководство страны, а я должен, собственно, проверить и спросить. То есть в этой части для меня было много нового в этом году, но скажу, что мне хватило времени для того, чтобы сориентироваться.

и: Вступая в должность, вы сказали, что нерешаемых проблем на Северном Кавказе нет. Вы по-прежнему так считаете?

хлопонин: Да. Вопрос времени.

и: Три, пять, пятнадцать лет?

хлопонин: Как определить переход количества в качество? Сколько лет, например, потребуется для того, чтобы вырастить новую молодежную элиту на Кавказе? По крайней мере - десять. Но, например, для того чтобы реализовать тот или иной проект, нужно три-пять лет. Поэтому, если вы хотите увидеть картинку, можете сделать это через три-пять лет. Вы увидите новый завод, красивый аэропорт, качественную продукцию на прилавках и многое другое. А вот чтобы вся машина работала как часы, может потребоваться и десять лет. Пока обучим наше новое поколение, пока выстроим систему заинтересованности крупного бизнеса инвестировать деньги в свой регион и так далее - для этого потребуется время.

и: Вы готовы идти к такому результату?

хлопонин: Могу сказать по-другому: мне интересно работать на Кавказе, решать эту задачу. Мне всегда жена говорит: пока глаза горят, значит, ты на своем месте.

  «Известия»
www.ChechnyaTODAY.com

{mosloadposition user9}

Если нашли ошибку в тексте выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ОБСУЖДЕНИЕ

Комментариев нет