доллар    57.39 $
евро 67.76 €
22 октября, 04:12
+11 в Грозном

Сломанная игла

13 августа в 11:23 (2008 г.)
Прохладным весенним днем среди руин разрушенного этажного дома, на жестяном баллоне из-под краски, перевернутом вверх дном, сидел парень слабого телосложения. Ветер колыхал его кудрявую шевелюру на голове, лицо было худым и бледным. Засучив левый рукав выцветшей синей куртки, в правую руку он взял шприц. По¬смотрев по сторонам, парень медленно ввел иглу, в еле выделявшуюся вену.  Нервно подергиваясь, он бережно и тихо нажал на поршень шприца, выда¬вив все, что в нем было, затем резким движением вынул иглу и зажал руку в локтевом суставе.
Через некоторое время на его лбу выступили капли пота, веки отяжелели, он почувствовал, как по телу пробежало тепло.
Парень улыбнулся, волна эйфории окутала его целиком и полностью, не оставив и следа от ломящей боли в суставах.
Откинув в сторону использованный шприц, парень медленно поднялся и начал выбираться из единственной уцелевшей комнаты разрушенного здания.
Время, в течение которого он выбирался из развалин, показалось ему вечностью. Наконец ему удалось выйти на мокрый после дождя тротуар. Окинув опьяненным взглядом окрестности, он,  таща ноги, побрел по улице. От влажной после недельного ливня земли под воздействием теплых лучей июньского солнца поднимался пар с запахом земли. Он  был везде, его подхваты¬вали слабые порывы ветра, которые то исчезали, то снова на-летали, волнуя листву на тополях, стоящих вдоль улицы. Не замечая этой красоты и не обращая внимания на прохожих, наркоман, шатаясь из стороны в сторону, шел, поче-сывая подбородок и нос. Вдруг он остановился и полез в карман своих вельветовых брюк, достав сигареты, закурил, сделав жадную затяжку, выпустил облако серого дыма. Парень о чем-то задумался. Закрыв мутные глаза, наркоман застыл «в позе вопросительного знака». Улыбаясь, он что-то бормотал себе под нос, голова опускалась все ниже и ниже. Когда расстояние между его головой и асфальтом тротуара стало совсем коротким, парень выпрямился, как будто проснулся от сна. Вспомнив о сигарете, он поднес ее к губам, сделал очередную затяжку. Прошагав метров десять, почувствовал сильную сухость во рту, язык онемел, он начал задыхаться, состояние эйфории сменилось  жуткой болью в правом боку.
- Садо, - окликнули его сзади. Парень обернулся и увидел, что кто-то торопливыми шагами подходит к нему.
- Рамзан, это ты? - спросил парень подходящего и потерял сознание.
…Садо очнулся в своей комнате. Придя в себя, он долго не мог понять, где находится. Только после того, как им снова овладел разум, он понял, что лежит на своей кровати. Заметив сидящего на стуле рядом с кроватью двоюродного брата Рамзана, Садо начал расспрашивать, что произошло, и как он очутился дома.  Бережно вытерев капли со лба Садо, Рамзан строго взглянул на брата и ответил: «Скажи лучше, как ты оказался в микрорайоне и куда дел деньги, которые украл у своей матери?»
Садо ничего не ответил. Он знал, что если скажет хоть одно слово в свое оправдание, Рамзан начнет его бить.
В отличие от Садо, Рамзан был суровым и набожным челове¬ком. Все свое свободное время после работы на техстанции он проводил в молитвах и на тренировках.
Рамзан очень любил своего брата, хоть и избивал его всякий раз, когда тот, шатаясь от очередной дозы героина, возвращался домой.
К большому удивлению Садо, Рамзан не ударил его, а наоборот, присев на кровать, погладил его лохматую голову.
- Я говорил с твоим отцом, он сказал, что убьет тебя, - тихо прошептал Рамзан.
Не обращая внимания на сказанное Рамзаном, Садо сно¬ва спросил, как он очутился дома.
- Возвращаясь с работы, я увидел тебя на улице Косиора. Когда я тебя догнал, ты потерял сознание, я отвез тебя в больницу, там тебя откачали, сказали, что небольшая передозировка, после чего я поймал такси и привез тебя домой. Твоя мать до сих пор плачет, пытался ее успокоить, Но бесполезно. Говорит, что ты тайком взял у нее деньги и ушел. Садо, - продолжил Рамзан, - мне надоело тебя бить. Может, и вправду тебя только моги¬ла исправит…
-  Я не боюсь смерти,- фыркнул наркоман.     
Рамзан саркастическим взглядом посмотрел на брата и сказал:
-  Садо, ты больше всего боишься смерти, хотя и бежишь ей навстречу. Даже если ты и готов смиренно принять смерть, подумай, что ждет тебя после нее. Жизнь - это испытание, и его надо пройти достойно. Посмотри на себя, Садо? Во что ты превратился? У тебя нет друзей, все от тебя отвернулись…
Садо приподнялся с постели и отвел взгляд в сторону, действие наркотика, которое еще не прошло, нагоняло сон¬ливость. Пытаясь перебороть состояние истомы, он думал, как  ответить на осуждение, которое ввело его в тупик.
-  Ты мой друг, - произнес Садо неуверенным голосом. Через минуту поправился: - Друг и брат.
- Твой друг, твой брат и твой повелитель - это героин, -  гневно сказал Рамзан. - К кому ты бежишь, просыпаясь рано утром, ко мне или торговцу наркотиками? Единствен¬ное, о чем ты думаешь,    как раздобыть деньги на очередную дозу. Ты раб желания, и оно тебя губит.
Садо слушал своего брата нервно, хлопая воспаленно красными веками. Слова Рамзана, словно пущенные стрелы, пробивая пелену дурмана, вонзались в его сердце. Хрустальные грезы Садо разбивались о чугунную реальность, которую преподносил Рамзан.
В душе Садо шла борьба двух людей, один из которых был полностью согласен с Рамзаном, другой же толкал на спор. Садо встал с кровати и направился к выходу.
- Ты куда? - спросил его Рамзан.
- Я хочу пить, - ответил Садо. Шатаясь, он вышел из комнаты, через минуту вернулся и снова сел на кровать. - Понимаешь,- сказал Садо, - хоть мы и выросли вместе, каждый из нас выбрал то общество, которое ему по душе. Я знаю, Рамзан, что ты  переживаешь за меня. Своим отвратительным поведением я позорю нашу семью, но и ты пойми: каждый тащит свой чемодан, и каждый отвечает сам  за себя.
- Дурак! - крикнул Рамзан и схватил брата за ворот рубашки, - Какую пользу несет твое общество. Общество, которое ты выбрал, больно пороками. Оно заражено СПИДом, сифилисом и другими страшными болезнями. Твое общество - это люди, которым нельзя доверять. Вспомни своего приятеля с соседней  улицы, вспомни, как он умер от цирроза печени. Все твои так называемые друзья или сидят в тюрьме, или лежат в могиле. А что касается чемодана, - продолжил Рамзан, - загляни в него, Садо, там нет ничего, кроме пороков и слез твоей матери...
После этих слов человек, который толкал его на спор, был растоптан. Впервые за последние несколько лет в душе Садо проснулась совесть, он вспомнил   о   Боге, прикрыв свое лицо опухшими от уколов руками. Садо запла¬кал. Всхлипывая и задыхаясь, сквозь слезы он выговорил:
 - Рамзан, клянусь Аллах1ом, я брошу, ты же мне поможешь, Рамзан? Просто будь рядом, я справлюсь, я переборю ломку, - бормотал Садо, тяжело вздыхая.
- Конечно, брат, - сказал Рамзан и обнял Садо.
Прошел год. Теплым июньским вечером Рамзан, уставший, возвращался с работы домой. Он вспомнил о том дне, когда Садо решил порвать с наркотиками - с тех пор прошел ровно год. Весь этот год Рамзан провел рядом с братом. Он был рядом в то время, когда Садо, корчась от страшных болей, проклинал всех и вся, когда по закупоренным венам Садо через капельницу прогоняли физрастворы.
- Он тяжело переживает ломку,- говорил врач, посещавший в то время Садо - Трехлетнее употребление героина полностью изменило функционирование его организма. Парень будет мучиться до тех пор, пока состояние организма не нормализуется.
- Как долго это будет продолжаться? - спросил Рамзан.
- Примерно месяц, - последовал ответ врача.    
Также Рамзан помнил другие слова доктора о том, что первый месяц, который кажется самым тяжелым, не такой уж сложный период для наркомана, решившего бросить наркотики.                    
- Ломящие боли пройдут, - говорил врач, поглаживая свою бороду, - самое серьез¬ное испытание ваше¬го брата ждет впере¬ди. Мы избавили его от физической зависимости, но есть еще и психологическая зависимость. Мозг этого парня помнит ту эйфорию, которую вызывал героин. Вспоминая о ней, парню снова захочется принять наркотики. Берегите свое¬го брата, не отпус¬кайте его ни на минуту.  Да, еще одна важная деталь: не подпускайте его к лю¬дям, употребляющим наркотики.
Рамзан помнил слова доктора и строго придержи¬вался его советов. После того, как ломка прошла, блед¬ность на лице Садо исчезла. Устроившись в ту же техстанцию, где работал Рамзан, Садо начал приносить, а не уносить деньги из дома. Каждый раз, когда он, уставший после работы, ложился в постель, в памяти всплывали моменты жизни, когда он, сидя на жестяной банке из-под краски, в полуразрушенном здании, принимал наркотики. По ночам ему снились сны, как он в еле выделявшуюся вену вонзал иглу и получал наслаждение, но, просыпаясь утром, Садо благодарил Бога за то, что это был просто сон.
 - Прошел ровно год, - думал Рамзан, идя по улице, - неужели Садо сорвался, зачем он ушел с работы так рано, не сказав мне ни слова? Если он и вправду сорвался, что мне с ним делать? - шептал он про себя.
Когда Рамзан почти дошел до своей улицы, раздался голос муэдзина, призывавшего к молитве.
Решив совершить молитву, Рамзан, не сворачивая на свою улицу,  пошел в сторону мечети. Приняв омовение, Рамзан зашел в молитвенный зал мечети и поздоровался с сидящими в нем людьми. Пробежав беглым взглядом помещение, среди присутствующих он увидел парня в белой тюбетейке, который, подняв руки на уровне своего лица, шепотом о чем-то просил Бога. Подойдя тихо к сидящему парню, Рамзан услышал, как Садо своим хриплым голосом тихо говорил: « О Аллах1, дай мне терпение, прошу тебя пусть такие, как я, встретят такого, как Рамзан»…

3аурбек Эскерханов
Молодежная смена

{mosloadposition user9}

Если нашли ошибку в тексте выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ОБСУЖДЕНИЕ

Nohcho
28 октября в 00:25
Дала Ша д1а эцна и маршо, юг1 ерза йойла царна.