доллар    56.51 $
евро 63.2 €
28 мая, 21:31
Погода в Грозном +19 в Грозном

Последний из титанов

16 августа в 10:20 (2012 г.)
16.08.2012 /10:15/ Элимар из Ножай-Юрта долгие годы покорял зрителей своей виртуозной игрой на национальной скрипке и гармошке Но сегодня остался один на один со своей старой скрипкой (1адхьокху пондар) и гармонью. Он полностью потерял зрение. Однако, несмотря на свой преклонный возраст, часто берет в руки скрипку или гармонь, наслаждается близкими сердцу мелодиями, которые помогли ему выжить там, где люди гибли тысячами от холода и голода. Каждый мотив, каждая мелодия – это целая история, запечатлевшаяся в его сердце, которую он невольно вспоминает с содроганием сердца. Эти музыкальные инструменты стали на всю жизнь его самыми верными и преданными друзьями, они его поддерживают, дают силу и энергию жить и работать.

По долгу службы изредка бывая в Ножай-Юрте, я в первую очередь захожу к своим коллегам из местной газеты «Халкъан дош» и в районный Дом культуры. Между прочим, Ножай-Юртовская районная газета «Халкъан дош» – одно из немногих изданий в нашей республике, в которой сотрудники почти сто процентов пишут на родном, чеченском, языке. Такая традиция здесь продолжается еще с советских времен. Уважение к родному языку, к народным традициям и культуре, как у настоящих чеченцев, можно сказать, в крови у всех ножайюртовцев. Нет сомнения в том, что поэтому ножайюртовцы постоянно побеждают в республиканских конкурсах в знании народных традиций и обычаев.

Я заметил еще один примечательный факт. Мои коллеги по перу при встрече каждый раз в беседе говорили как о великом музыканте, обладавшем непревзойденным талантом игры на национальной скрипке, гармони и дечиг-пондуре, о бывшем работнике Дома культуры Элимаре Церебицове, сетуя на то, что об этом великом музыканте никто почему-то не пишет и не снимает телепередачу. Почему-то, каждый раз обещая восполнить этот пробел, я откладывал эту идею в долгий ящик. И все-таки, когда накануне сотрудник районной газеты Ризван в очередной раз мне предложил поехать к Элимару, я это предложение принял, не задумываясь, с удовольствием. Вдобавок мне повезло, меня сопровождала вместе с Ризваном его дочь Хавани, которая работает в районном Доме культуры методистом.
 Скромный дом Элимара буквально утопал в густой зелени, несмотря на июльский зной, в окружении фруктовых деревьев чувствовалась прохлада. С его двора открывается сказочный вид на Ножай-Юрт. Здесь нет как на равнине кирпичных и бетонных оград, тут лишь плетень. Живут, как в старинке, как говорится: «Мой дом – твой дом».

Нас с добродушной улыбкой приняла хозяйка дома Хесират, и чуть погодя знаменитого музыканта Элимара привела под руку его дочь в нашу комнату. Признаться, по правде говоря, незрячий, с широким лбом и устремленным загадочным куда-то ввысь взглядом, он мне сразу напомнил великого немецкого композитора Бетховена. Ведь в конце жизни тот творил свои великие произведения, будучи совершенно глухим. Когда Элимар стал рассказывать о своей трагической, вместе с тем интересной судьбе, я понял, что он не словоохотлив, можно сказать, что он был плохим рассказчиком, в то же время являясь великим скрипачом, гармонистом и дечиг-пондуристом. Человек, всю жизнь посвятивший себя служению музе, просто так, как говорят, в двух словах описал свой приход в мир музыки и, что удивительно, перед нами на столе лежала огромная стопка почетных грамот за победу в разных всесоюзных и республиканских фестивалях и смотрах. Видимо, супруга тщательно берегла их, и со всех грамот на нас смотрел бюст основателя советского государства В.И. Ленина, который низвергнут сегодня демократами. Все начиналось так…

Отец Элимара был известным в здешних краях гармонистом и скрипачом, надо отметить, найти или купить музыкальные инструменты, тем более научиться играть на них, было очень сложно. Естественно, тогда, в царские времена, никаких музыкальных школ не было, были самородки, самоучки. В годы репрессий дядя Элимара Бойса поехал за тестем, который был сослан в Сибирь в годы раскулачивания. Они вернулись вместе в родное село. Однажды отец Элимара Обулхаса в поле косил траву, напевая песню: «Как ты счастливо, солнце, коммунисты не теребят тебя. Они отнимают нажитое честным трудом, преследуют нас. Завидую тебе, яркое солнце, что можешь светить, не завися от коммунистов». В один прекрасный день, когда Бойса и Обулхаса обедали вместе, в их дом ворвались энкаведешники, и обоих забрали. Позже семья узнает, что их расстреляли, отца – за песню, Бойсу – за то, что привез домой репрессированного тестя.

Дети росли без отца, в 1944 году всю семью с малыми детьми Арцибашевых, без средств к существованию, выслали в Среднюю Азию. Сестру и мать сразу же по прибытии положили в больницу, мать, не приходя в сознание, умерла, и Элимар остался среди чужих людей. Он, голодный, шатался по хутору, проходящие с караваном киргизы, сжалившись, подобрали его с братом Элашби. Они долго шли по горам, по дороге брат умер прямо на верблюде от истощения. Элимар сквозь слезы взывал к Всевышнему, говорил священные слова, которые знал. Киргизы, услышав слово «Бисмиллах1иррохьманирохьим» с уст мальчика, узнав, что он мусульманин, прочитали ясин и похоронили по мусульманскому обряду. За одну неделю Элимар потерял мать и единственного брата. Киргизы, сжалившись над тощим, больным мальчиком, забрали его с собой и попросили разрешить усыновить Элимара, на что тетя Асмарт согласилась. В последующие годы он жил у новых родителей, пас коров, сторожил мельницу. Часто к нему приезжала сестра Нанай, помогала, чем могла, хотя и сама жила впроголодь. Однажды, когда Элимар пас киргизских коров, он услышал мелодию, это было настолько неожиданно для него, он подошел к музыканту, рядом сел и внимательно стал слушать его игру. Он чувствовал близкие сердцу нотки, и ему казалось, что скрипач как-то искажает музыку, не так подбирает аккорды.

В это время Элимар в совершенстве владел киргизским языком. Скрипач оказался турком-месхетинцем, их тоже выслали из Грузии в 1944 году. Прислонившись к тонкому стволу айвового дерева, он каждый день играл на скрипке, и иногда Элимар замечал, как по его щеке бегут слезы. Он чувствовал в звуке скрипки кавказские, чеченские мотивы, и мальчику они напоминали утраченную Родину. Музыкант никогда не искал аккорды, пальцы сами находили нужный лад, и турок всегда устремлял свой взгляд на снежные вершины Памира, может, они напоминали ему горы родной Грузии.

Заметив, что мальчик каждый раз, затаив дыхание, слушает его музыку, как-то раз, он спросил его, не хочет ли тот научиться играть на скрипке. В это время глаза мальчика загорелись, от этих слов испытал огромную радость. Именно в этот день впервые в своей жизни взял в руки скрипку и смычок. Это было что-то невероятное, доселе неиспытанное им чувство восхищения и удовольствия. Однажды он разрешил ему взять скрипку домой. Дома мальчик долго подбирал аккорды…

Так продолжалось несколько месяцев. Заметив рвение мальчика, сестра Нанай купила ему скрипку. Какое это было счастье для него, когда вокруг собирались все соседи и просили его сыграть чеченскую мелодию. Через год он без чьей-либо помощи мог сыграть любой услышанный мотив. Слава виртуоза-мальчика распространилась по окрестным аулам, его стали приглашать на вечеринки, и когда он быстро освоил игру на гармони «Казань», его стали приглашать на свадьбы. Он был единственным гармонистом в ближайших районах. Он видел, как плакали мужчины, услышав близкие сердцу мотивы, скрывая друг от друга слезы. Элимар играл и играл, не зная усталости, единственное, что ему давало силы – это ощущение того, что он изнуренным и оскорбленным на чужбине дарил минуты радости.

Поздно ночью валился с ног, на второй день болели пальцы, руки, да и все тело. Иногда девушки тайком, стесняясь, просили его сыграть мотивы известных народных песен «Пусти меня, мама, к роднику, к возлюбленному», «Высокие горы», часто просили сыграть мотив песни, которая была сочинена в пути в холодном вагоне во время выселения. Иногда даже глубокие старики приглашали его в гости, чтобы услышать родные мотивы.

- Был такой молодец, Магомед Тайсумов, ц1онтаро, – вспоминает Элимар, – так искусно он танцевал, обладал исключительно четкими движениями, особенно нравилось, когда он заскакивал на стол и танцевал лезгинку. Потом он умел исполнять танец с кинжалами. В этих краях наши танцы вызывали восхищение и зависть, ведь, откровенно говоря, ни один танец в мире не может сравниться с нашим национальным танцем. Это демонстрация силы воли, мужской доблести, уважения к любимой девушке, все это можно читать и созерцать во время исполнения танца. Только наш танец вызывали на бис, и мы потихоньку стали удивлять казахов, узбеков, уйгуров нашими зажигательными танцами. Они завидовали нашей национальной одежде, грации, темпераментным танцам. Нас возили на концерты с ткацкой фабрики, как членов художественной самодеятельности этой фабрики. Среди участников художественной самодеятельности были русские, казахи, киргизы, узбеки, уйгуры, даже корейцы.

Именно в эти годы он впервые в своей жизни по радио услышал чеченскую музыку, которую передавали в райцентре Гюльча. Тогда Элимар усиленно стал заучивать новые мелодии. «В поселке был один киргиз, – вспоминает Элимар, – у которого было радио, по нашей просьбе он выносил на улицу радио и мы целый день ждали, когда прокрутят чеченскую музыку. О, это были минуты огромной радости, когда ты слушаешь музыку, которая была настолько дорога и близка сердцу чеченца, она, будто кинжал, проникала в сердце, оставляя ярчайший след и неизгладимые впечатления».

В 1957 году, после возвращения на Родину, Элимар устроился работать в Доме культуры в родном Ножай-Юрте, там в то время работали одни дагестанцы. Если до выселения встречались умеющие играть на гармони, то после возвращения их было очень мало. В любом случае, Элимар был одним из самых известных и востребованных музыкантов в республике. Всю сознательную жизнь посвятил любимым национальным музыкальным инструментам. О великом таланте Элимара исключительно хорошо сказал бывший министр культуры ЧИАССР Абдулла Киндаров в своей книге воспоминаний «Исповедь чеченца»: «Ярчайшим ее представителем чеченской культуры был, безусловно, Элимар Церебицов, гармонист, скрипач и дечиг-пондурист. Элимар сам изготавливает свои музыкальные инструменты, которые отличались оригинальной формой и звучанием. Он не оканчивал музыкальную школу, не учился у какого-то известного мастера, игру и мастерство изготовления освоил сам. Немногословный и даже несколько косноязычный, он жил буквально в мире звуков. Его гармонь говорила-рассказывала о восходе солнца, ясном небе, о родных горах и чистых родниках, то жалобно стонала, то весело щебетала и смеялась, то томно объяснялась в любви. У нас было великое национальное достояние, эталон мастерства в умении играть на гармонии – Умар Димаев. Элимар наряду с такими гармонистами, как Рамзан Паскаев, Умар Сугаипов и Ваха Идрисов, входил в число выдающихся гармонистов Чечни».

Согласитесь, прекрасное свидетельство бывшего министра культуры ЧИАССР, который прекрасно знал тогда, кто есть кто в музыкальном мире республики. И Элимар, прошедший жесточайшую школу жизни в изгнании, и в этом аду нашел в себе силу, энергию и мужество научиться играть на скрипке, гармони, дечиг-пондуре, восхищать и удивлять своим незаурядным талантом жителей Средней Азии и этот талант поставить на службу национальной культуре. В Ножай-Юрте выросло целое поколение талантливых исполнителей, композиторов, получивших известность на всем Кавказе. Это такие, как Бека Эльмурзаев, Имран Усманов, Тамара Дадашева и многие другие. Каждый из них готов часами рассказывать о своем учителе и кумире. Элимар своей виртуозной игрой вселил любовь в сердца этих замечательных, истинно народных артистов.

- Нас в семье десять детей – пять сыновей и пять девочек. Шемил – заслуженный артист Чеченской Республики, работает гармонистом в самом известном ансамбле нашей республики «Вайнах». Умар в данное время живет в Хабаровске, прекрасно играет не только на дечиг-пондуре и гитаре, но и на любом музыкальном инструменте. Мадда преподает в 12-ой гимназии, он мастер на все руки, специалист по пианино, классный настройщик, более того, ремонтирует этот сложный музыкальный инструмент, он играет даже на немецкой губной гармонике. Церебицов Арби работает в Доме культуры художником-оформителем, играет на скрипке, гармошке, доулист. Дочери все были прекрасными исполнительницами народных песен. Старшая, Хава, нынче работает в аппарате партии «Единая Россия», Хеди – методист в Доме культуры, Хурмат обладает красивым голосом, приглашали на работу все известные группы в нашей республике, в данное время со своей семьей живет в Астрахани. Гульсум живет в Польше со своей семьей, она удивляла своим голосом всех любителей музыки, она прекрасно пела и на английском языке. И самая младшая из сестер, Азата, тоже прекрасная гармонистка. Кстати, мать этой большой семьи Хесират также играет на гармони. Покойный брат Али играл почти на всех музыкальных инструментах, но из-за болезни в 23 года ушел из жизни (Дала гечдойла цунна). Тетя Асмарт всю жизнь сочиняла назмы, посвященные своим братьям, сама их исполняла, всем репрессированным за свой счет установила надгробные памятники, всю жизнь занималась благотворительностью. Позже долго болела, тринадцать лет была прикована к постели и все эти годы в знак уважения к этой доброй души женщине Хесират ухаживала за ней, до последних ее дней.

Вот такой трагической и интересной предстала передо мной судьба этой талантливой и многочисленной семьи. Элимар по нашей просьбе на скрипке сыграл несколько мелодий, и под звуки этого музыкального инструмента мне казалось, что в его памяти встают голодные годы в Киргизии, пронизывающая всю душу игра турка на скрипке, долгие годы выступлений на сцене в родной Чечено-Ингушетии. В комнате царила давно забытая чеченская народная музыка, лишний раз подтверждая, что этот великий музыкант забыт несправедливо, что его виртуозная игра на всех народных музыкальных инструментах должна быть сохранена для потомков. Ведь это истинная народная классика, не подлежащая забвению. Но здоровье пошаливает, сказываются годы, и все-таки, когда он берет в руки скрипку, дечиг-пондар или гармошку, он оживает, и музыка возвращает ему утраченное зрение, она показывает, рассказывает, рассуждает вместе с ним. Он сам нежно кладет скрипку в футляр и он – великий музыкант Элимар – отдыхает вместе с ней – с музыкой.

Анзор Давлетукаев

"Вести Республики"

www.ChechnyaTODAY.com

Если нашли ошибку в тексте выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ОБСУЖДЕНИЕ

Мада
27 февраля в 15:15
От всего серца благодарю Анзора Давлетукаева за сраницу про моего отца, про мою семью...! Дела реза хилла