доллар    57.29 $
евро 67.45 €
17 октября, 22:01
Погода в Грозном +13 в Грозном

Слухи вокруг покушения

2 июля в 11:35 (2009 г.)
В конце июня произошли два события, практически совпавшие по времени, а потому почти автоматически связавшиеся в одно целое.Мы имеем в виду покушение на президента Ингушетии Юнус-бека Евкурова и встречу Президента РФ Дмитрия Медведева с Президентом Чечни Рамзаном Кадыровым.И хотя встреча российского и чеченского президентов планировалась заранее и должна была быть посвящена совсем другой теме, – теракт в отношении Юнус-бека Евкурова невольно изменил приоритеты встречи, речь на которой пошла о тактике борьбы с экстремистами. В частности, Дмитрий Медведев поручил Рамзану Кадырову усилить борьбу с террористическими проявлениями, подчеркнув, что ответ властей на совершенное преступление будет жестким.

«Сегодня произошло преступление – акт посягательства на жизнь президента Ингушетии. Это, конечно, следствие той работы, которую вел и ведет президент соседней республики – близкой, братской республики – по наведению порядка, уничтожению бандитов», – сказал Медведев на встрече с Кадыровым.

Далее он добавил: «Я надеюсь, что эта работа будет, как и велась вами, вестись в прежнем, и даже усиленном режиме», – заявил президент.

Также российский президент отметил, что недавно главой Чеченской Республики организован и проведен ряд результативных операций против экстремистского подполья. «Я считаю, что эта работа должна быть продолжена для того, чтобы те, кто такого рода действия совершают, понимали, что ответ будет прямой и жесткий», – подчеркнул Медведев.

МЕЖДУ ТЕМ, указанное поручение президента Медведева уже вызвало небывало бурную реакцию в интернете. Некоторые типа «эксперты» и просто читатели, активно обсуждавшие подробности и возможные последствия покушения на Юнус-Бека Евкурова, истолковали итоги встречи Медведева и Кадыровым как расширение юрисдикции чеченского президента на Ингушетию. И, разумеется, вновь начали муссироваться слухи о грядущем слиянии Ингушетии с Чечней.

Более того – некоторые бывшие политики, уже несколько лет находящиеся в политическом забвении, попытались воспользоваться ситуацией, чтобы вновь напомнить о себе. В частности, Руслан Аушев выступил с заявлением о своей готовности вновь приступить к управлению Ингушетией на период до полного выздоровления Евкурова. Разумеется, из самых благородных побуждений – чтобы спасти суверенитет Ингушетии от покушений со стороны чеченского лидера.

МЕЖДУ ТЕМ, в беседе Дмитрия Медведева и Рамзана Кадырова не было ни малейшего намека на переподчинение ему соседней республики. Речь шла исключительно о продолжении оправдавшей себя практики совместных антитеррористических операций правоохранительных структур обеих республиках. Об этом же уже не раз публично заявлял и сам президент Чечни Рамзан Кадыров, в том числе и во время своего визита в Ингушетию. Словом, ничего нового и уже тем более экстраординарного не намечается, а будет логическое продолжение и усиление той антиэкстремистской программы действий, что была разработана и начала реализовываться совместно с Евкуровым.

Почему же некоторые «эксперты», как и некоторые «бывшие», начали выступать с комментариями и заявлениями не только далекими от истины, но и объективно нацеленными на расшатывание ситуации? Очевидно, конечно, что кое-кто из сторонних комментаторов просто не понимает сути происходящего, но уж Аушева-то в этом никак не заподозришь…

Вывод напрашивается один – за многими комментариями стоит почти не скрываемое желание воспользоваться случаем для кардинальной корректировки политического курса федерального центра. Ведь только в этом случае возможно возвращение к власти того же Аушева.

Сегодня бытует мнение, что годы президентства Аушева были периодом стабильности и благополучия для Ингушетии. Так ли это? Давайте посмотрим. Если судить строго объективно, то становится очевидно, что Руслан Аушев не смог разрешить ни одной из самых животрепещущих проблем ингушского народа. Ситуация вокруг Пригородного района оказалась замороженной, экономика Ингушетии так и осталась в зачаточном состоянии, зона экономического благоприятствования пролилась золотым дождем на чиновников и бизнесменов мимо населения Ингушетии и так далее и так далее.

При этом президент Аушев пытался играть на противоречиях руководства Ичкерии с федеральным центром, предлагая себя в качестве связующего звена между ними. Географическая близость Ичкерии использовалась им для «выбивания» финансовых дотаций из федерального центра для создания эффективного «санитарного кордона» вокруг Чечни, а в глазах ичкерийского руководства он пытался выступать в роли лоббиста его интересов в Москве и единственного окна во внешний мир. Именно объективная заинтересованность Аушева в сохранении российско-чеченского противостояния лучше всего объясняет его демонстративную отчужденность по отношению к органам власти, возникшим в Чеченской Республике как в 1995-1996 годах, так и в конце 1999 – начале 2000 годов.

МЕЖДУ ТЕМ, истоки одной из главнейших проблем сегодняшней Ингушетии лежат именно в периоде президентства Руслана Аушева. Пытаясь сохранить доверительные отношения с руководством Ичкерии, он практически закрывал глаза на возникновение экстремистского подполья в самой Ингушетии. С годами это подполье ширилось и крепло, так что к моменту ухода самого Аушева, оно уже было готово бросить открытый вызов республиканским властям.

В наследство от своих предшественников Юнус-Бек Евкуров получил груз нерешенных проблем, основной из которых является глубокий раскол в самом ингушском обществе и стойкое недоверие к республиканским властям. Кстати, благодаря этому религиозные экстремисты вплоть до последнего времени чувствовали себя хозяевами положения – убийства местных милиционеров и государственных чиновников разного ранга стало едва ли не обыденным делом.

МЕЖДУ ТЕМ, став президентом, Евкуров основные усилия сосредоточил на налаживании внутриингушского диалога и повышении авторитета властных органов в глазах населения. Так закладывалась основа для консолидации ингушского общества и республиканской власти, чему явно пытались помешать те, кто организовал покушение на Юнус-Бека Евкурова. Поэтому вряд ли уместны всякие конспирологические версии о войне кланов. Так же, как и рассуждения о том, что боевики решили таким образом продемонстрировать свои возможности в канун очередной годовщины памятного нападения на Назрань в 2004 году.

На самом деле боевики продолжают делать то же самое, что они делали до сих пор – терроризировать власть и ингушское общество. Объяснимо и то, что их очередной целью оказался президент Ингушетии – Евкуров в короткий срок сумел завоевать доверие общественности и политической оппозиции, лишив, таким образом, имаратчиков невольных союзников. Одновременно он активно взялся и за прямое противодействие экстремистам, опираясь при этом на опыт и возможности чеченских спецслужб. Фактически, Евкуров стал на путь, который должен был логически привести его к роли ингушского общенационального лидера, способного направить вектор развития Ингушетии в позитивное русло.

Весьма характерно появление в печати и Интернете массы рассуждений не только о возможных причинах и последствиях покушения на Евкурова, но и всевозможных рецептов по выводу Ингушетии из кризиса. Например, появились голоса, ратующие за направление в эту республику русских руководящих кадров. Заявления, скажем прямо, весьма спорные. Особенно если вспомнить недавний чеченский опыт. «Варяги», с какими бы целями они не прибывали, всегда вызывают отторжение местного сообщества, что оказывается на руку экстремистскому подполью.

Прозвучали также предложения перевести антиэкстремистскую деятельность от тактики силовой борьбы к исключительно агентурной работе. При этом начисто забывается, что проблема террористического подполья носит политический характер и, следовательно, одной агентурной работой ее не решить. Тем более, что эта работа, наверняка, и так ведется полным ходом.

На самом деле нужно другое. Нужно, чтобы общественность стала союзником властных органов, а для этого власть должна проводить в жизнь соответствующую политику во всех сферах – экономической, социальной, культурной. То есть то, что давно уже происходит в Чеченской Республике и то, что начал делать в Ингушетии Юнус-Бек Евкуров.

МЕЖДУ ТЕМ, чтобы не измышляли по поводу встречи Медведева с Кадыровым, совершенно очевидно, что федеральный центр не собирается менять свою политику на Северном Кавказе. Поэтому все рассуждения о возможных кадровых перестановках или перераспределении полномочий руководителей субъектов – мало чего стоят. Ранее эти же «аналитики» строили далеко идущие вывода на подсчетах о том, сколько раз Кадыров встречался с Путиным, а сколько – с Медведевым, и где проходили эти встречи – в Грозном или Москве. И на основе таких данных делали выводы о лояльности чеченского президента нынешнему или прежнему российскому президенту или же, наоборот, об их пристрастиях и антипатиях к Кадырову.

На самом же деле, как уже говорилось не раз, – последняя встреча Медведева с Кадыровым лишь подтвердила рабочий характер отношений президента федерации и президента Чечни. Что само по себе гарантирует сохранение стабильности.


Центра Стратегических Исследований Чеченской Республики
www.Chechnyatoday.com

{mosloadposition user9}

Если нашли ошибку в тексте выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ОБСУЖДЕНИЕ

Комментариев нет