История и культура

356447

   История села Алды

    Небольшая уцелевшая часть войск царевича Алды-Гирея, не успевшая переправиться через Сунжу, ушла в лес и поселилась в семи верстах к югу от переправы через реку, у двух сарматских курганов. Поселение свое воины эти назвали Алды.
Где-то к концу ХVII века аулом Алды завладела княжеская фамилия Турловых, выходцев из аварского княжества. Находясь на службе у царской администрации на Тереке, князья пользовались многими привилегиями. Первоначально Турловы жили в ауле со своими узденями и зависимыми людьми. Но к концу XVII века здесь по договору с князьями Турловыми появились первые переселенцы - семьи с гор Чечни. Постепенно их количество росло: князья выделяли им земли, обещали защиту от набегов кабардинских, кумыкских, калмыцких князей и ханов, а также от репрессий со стороны русской царской администрации. Со своей стороны чеченцы-переселенцы обещали свою поддержку князьям, обязались выплачивать им определенную подать - ясак. Первыми поселенцами c гop в Алдах считаются представители чеченских обществ Дишний, Гуной и Беной.
Население Алдов росло, и вскоре чеченцы стали тяготиться зависимостью от князей. В XVIII веке резко возрастает политическая мощь Чечни, в которой постоянно происходят социальные потрясения. Неспокойно и в Алдах. Напряжение во взаимоотношениях князей Турловых и алдинцев растет. Жители селения были лично свободны от князей. Зависимость их выражалась лишь в выплачиваемой князю подати - ясака за землю, охрану жителей и имущества от внешних врагов. В случае необходимости жители Алдов оказывали владельцу вооруженную поддержку или по просьбе князя устраивали коллективную помощь по хозяйству (белхи). Заставлять крестьян силой что-либо делать без согласия старейшин, а также против согласия собрания аульского общества князья не имели права. В своем правлении князья опирались на старшин - влиятельных людей зрелого возраста, а также на узденей, являющихся основной вооруженной силой. Жалование узденям, да и самим князьям, выплачивала царская администрация.
В XVIII веке происходит усиление и консолидация плоскостных чеченцев. Политическая мощь и единство селений особенно проверяются во время угрозы внешнего вторжения. В 1735 году алдинцы совместно с ополченцами из других чеченских селений участвуют в разгроме превосходящих сил 80-тысячного войска Крымского хана. Около 10 тысяч врагов навечно остались лежать в Ханкальском ущелье. В середине XVIII века князь Турлов постепенно теряет свое влияние. Особенно шатким его положение становится после восстания в Чечне 1757-1758 гг. Авторитетом в ауле в то время пользовались такие влиятельные люди, как Ассак и Лулла (из общества Дишний), Ада, Бата и Биба (из беноевского рода) и другие. В 1762 году отношения между князем Чапаном Турловым и алдинцами накаляются до предела. Князь просит царские власти разрешить ему переселиться ближе к Сунже-реке. Алдинцы же, считавшие эти земли своими, входящими в границы их территории, вступают в конфликт с Турловым.
С 1785 по 1791 гг. аул Алды - в самом центре антифеодального и антиколониального движения на Северном Кавказе под предводительством жителя аула Алды Ушурмы (шейха Мансура).
6-го июля 1785 года алдинцы разгромили двухтысячный царский карательный отряд полковника де - Пиери. Был взят в плен раненым и отдан русским без выкупа за храбрость его 20-летний адъютант князь Петр Багратион - в будущем знаменитый русский полководец, герой Отечественной войны 1812 года. (Кстати, другой герой Отечественной войны 12-го года генерал Александр Чеченский пятилетним мальчиком тоже был взят в плен царскими войсками в одной из карательных экспедиций в село Алды и был впоследствии воспитан Н.Н. Раевским). После подавления восстания в Чечне и ряда репрессивных мер против аула Алды со стороны царских властей алдинцы в 1787 году под давлением царской администрации переселились ближе к реке Сунже (район поселка Черноречье), основав селение Новые Алды (БухIан-Юрт).
В 1913 году жители села Новые Алды сдали в аренду сроком на 20 лет участок земли, расположенный в Новых Промыслах города Грозного. Договор подписали со стороны алдинцев Бисултан Тагиров и его двоюродный брат Эламирза, получив в качестве аванса достаточно крупную сумму денег. В дальнейшем они должны были получать за каждый пуд выкаченной нефти определенную сумму. Договор хранился в Республиканском краеведческом музее. Такая возможность появилась, вероятно, после прокламации к чеченскому народу от имени государя Александра II, воздавшего должное их стремлению к независимости и любви к свободе. Прокламация предоставляла горцам определенную свободу, давала возможность жить по внутреннему самоуправлению. Официально было подтверждено, что "земли ваши - неотъемлемое владение ваше". Возможно, по этой причине алдинцы не участвовали в революционном движении 1917 года и не боролись за Советскую власть. За такое упрямство Грозненский военно-революционный Совет решил сжечь Новые Алды. Только вмешательство чрезвычайного комиссара Юга России Серго Орджоникидзе заставило отменить это решение.

Связан с историей
Почему все чаще возникает такой вопрос? В свое время реставрационная группа обследовала, фотографировала фрагменты этого несомненно интереснейшего историко-архитектурного объекта. Даже поверхностный осмотр подтвердил, что дом старинный. На расположенной рядом амбарной постройке есть вырезанная надпись "1897 опек". Возможно, до этого времени назначен был надзор, опека над зданием. В солидном издании "Лермонтовская энциклопедия" говорится о том, что дом Хастатовых в Щелкозаводске не сохранился. Эту же точку зрения разделяет и побывавший в нашем крае видный лермонтовед И. Л. Андронников. Но в энциклопедии находим строки, что в расположенном в трех верстах от Щелкозаводского Парабоча был тот двухэтажный особняк, где часто отдыхала семья Хастатовых.
Известные историки нашей республики, такие, как топонимист А. Сулейманов, доцент ЧИГУ Б.С. Виноградов, прямо называют этот дом домом Хастатовых. Но дело, конечно, все в том, что пока документально принадлежность дома Хастатовых не подтверждена. Есть еще одна версия о том, что это усадьба помещика Калустова. Земельные наделы маленького хутора Парабоч, входившего территориально и подчинявшегося административно более крупному селению Щелкозаводскому, в 80-х годах XVIII века по приказу Екатерины II были проданы князю А. А. Вяземскому. Но в 1794 году вдова князя продала это имение кизлярскому помещику Калустову, который предпринял попытку закрепостить население хутора.
В официальных ведомостях 1839 г. сообщалось: "станица Парабоческая, будучи населена на землях помещика из армян Калустова, вовсе земли не имеет". Значит, факт наличия земельного надела помещиков Калустрвых на землях смежных с хастатовскими неоспорим. Но он нуждается в уточнении и дальнейшем исследовании.

 

Певец мира и добра
Проведите сегодня опрос чеченцев разных поколений на тему, что они знают об этом поэте. В подавляющем большинстве вам ответят: "Шайхи Арсанукаев? Знаем, он написал стихотворение "Родной язык". Мы его в школе еще учили". И все, хотя поэт и до и после него написал много стихов, поэм, повестей, даже роман в стихах. И, наверное, даже читали их, но все запомнили его по этому творению.
Я прочитал все, что написано поэтом, а многие стихи и отрывки из поэм он прочитывал мне еще задолго до опубликования, но, каюсь, тоже считаю Ш.Арсанукаева творцом одного своего главного произведения - стихотворения "Ненан мотт" потому, что оно волнует каждого, не оставляет равнодушным, вселяет чувство гордости, уверенности и надежду в каждого.
А если еще сказать о том, что оно было написано и опубликовано в семидесятые годы XX столетия, когда чеченский язык был дискредитирован, как бедный, невыразительный, бесперспективный, когда говорить на нем считалось чуть ли не дикостью, преступлением, а изучение не престижным; когда даже в семье общаться на нем стало неприлично, а на русском языке - верхом образованности и культуры, когда многие чеченцы высокомерно заявляли, что ни им, ни их детям родной язык не нужен, то станет ясно, что это требовало от поэта не только таланта, но и определенного мужества. Его же трудно было предполагать в Ш. Арсанукаеве - человеке скромном и тактичном, добром и общительном; честном и чистом, как ангел. Но оказалось, что, несмотря на мягкий и покладистый характер, поэт был упрямым и принципиальным во всем, что касалось поэзии, языка, чести и достоинства своего народа.
Стихотворение "Родной язык" так и не было переведено на русский, поэтому, чтобы у читателя создать хотя бы примерное представление о жемчужине Ш. Арсанукаева, привожу отрывок из него в своем переводе:
Послушав его, согласишься не споря,Что всем, кому дорог, кто в душу проник,Он глубже по мысли глубокого моряИ выше гор снежных - чеченский язык.И меда он слаще, своей чистотойСравнится он лишь с родниковою вправе.И Лермонтов слушал его, и Толстой,И Услар его, восхищенный им, славил.Звенел он веками - что годы ему? -Народу опорой служа своему.
Об этом начальном периоде творчества поэта известный чеченский литературовед, доктор филологических наук Х. Туркаев писал в семидесятых годах XX века: "Лирический герой" Ш. Арсанукаева, прислушиваясь к безмолвному говору родных гор, всем существом ощущает себя частицей прошлой трагической, но полной героизма истории Чечни. Да, радостных и спокойных дней в истории чеченцев было мало. Однако никакие повороты судьбы не сломили гордый и свободолюбивый дух ее предков.
Родился Ш. Арсанукаев в с. Дышне-Ведено Веденского района Чечни в далеком уже 1930 году. Здесь же начал учиться в школе, но закончить ее не довелось: 23 февраля 1944 года был депортирован с клеймом врага народа в неведомый Казахстан. Там, в с. Батнай Новопокровского района Семипалатинской области он и закончил школу, а в 1955 году еще и Семипалатинский финансовый техникум. Работал до возвращения на Родину в 1957 году старшим инспектором по бюджету. Дома продолжил образование на филологическом факультете Чечено-Ингушского Государственного педагогического института, по окончании которого стал заместителем редактора веденской районной газеты "Колхозная жизнь". Позже перешел в Чечено-Ингушское книжное издательство старшим редактором, редактировал литературно-художественный альманах "Орга". Стал членом Союза писателей СССР, избирался в члены Правления Союза писателей Чечено-Ингушетии, а в 1986 году возглавил его, проработав в этой должности до 1997 года. В настоящее время он старший преподаватель кафедры чеченской литературы и фольклора Чеченского государственного университета.
Писать стихи он начал еще со школьной скамьи. Первые произведения были опубликованы в печати только, в 1957 году на страницах газеты "Ленинский путь", альманахов "Дружба" и "Орга". В первом же сборнике поэта были заявлены главные темы и ведущие герои его творчества: человек, время, земля, любовь, история. Был заявлен и почерк поэта - четкая ритмика, стройность и изящество повествования, точное и выверенное слово. Эти слова подтверждает Ш. Арсанукаев и в миниатюре "Доброе сердце":
Что непреложно и вечно в умении петь?Что же для пенья поэт тебе надо иметь?Доброе сердце, чтоб людям обиды прощать,Жаркое сердце, чтоб греть и гореть, и любить,Смелое сердце, чтоб слабых всегда защищать,Сердце большое, чтоб землю в него всю вложить!
За первой поэтической книжкой последовали другие, такие, как: сборники стихов и поэм "Утро в горах", "Голубые дороги", "Закон высоты", крупные исторические поэмы, повести в стихах "Ханкала", "Меч Тимура", "Ших, сын Ушурмы", роман в стихах "Линии судьбы" и т.д. Они были изданы в Грозном на чеченском и русском языках. А в Москве издательство "Современник" и "Советская Россия" выпустила сборники стихов и поэм Ш. Арсанукаева "Голубые вершины", "Роща любви" и "На доброй земле". Всего же за всю творческую деятельность поэтом изданы более двадцати поэтических сборников и книг.
Особой любовью и пристрастием остается в творчестве поэта героическая история Чечни и чеченцев. В разные годы поэтом созданы крупные лиро-эпические поэмы "Ханкала" (о разгроме чеченским ополчением армии турецкого хана Каплан-Гирея в ущелье Ханкала летом 1735 года); повесть "Меч Тимура" (о самоотверженном сопротивлении народных масс полчищам среднеазиатского эмира Тимура, который покорял терские земли в 1395-96 годах); "Выбор судьбы" (о событиях XVI века, когда налаживались первые политические связи чеченцев с Россией); "Черты судьбы" (об участии чеченцев в Великой Отечественной войне) и другие.
И все же главную свою задачу поэт видит в воспевании мира, согласия, добра, что идет, видимо, и от характера его, очень человечного и доброго. Свою ненависть к злу и несправедливости, жестокости и равнодушию поэт демонстрирует почти во всех стихах. Вот как он пишет, например, в стихотворении "Монолог Земли", в которой она обращается к человеку:
Я - мать твоя, неси мне ласку в дарИ не топчи в безумстве сапогами.Лед недоверия растопит сердца жар,Отступит тьма, день встанет в мирном гаме.Вглядись в меня - уже пришла пораТебе понять, о чем сказать должна я:Ты создан жить для Счастья и Добра,И Злобу, и жестокость проклиная...
Шайхи Арсанукаев оставил в чеченской литературе яркий след и как переводчик. В его переводах впервые чеченские читатели познакомились со многими стихами и поэмами русских поэтов А. Пушкина, Н. Некрасова, А. Блока, украинских - Л. Украинки, Т. Шевченко и других. А стихотворение Т. Шевченко "Завещание", переведенное на чеченский язык Ш. Арсанукаевым, было опубликовано в антологии одного стиха великого поэта изданной в г. Киеве в 1988 году.
О Ш. Арсанукаеве - человеке и поэте - можно говорить и писать много. Он и сегодня в строю, продолжает писать, находясь всегда в гуще людей, в шуме жизни, творя летопись бесчеловечных и жестоких войн и трагедий. Как он пишет сам в стихотворении "Шум жизни":
С годами я истину вывел свою:Снисходят стихи, лишь покой отвергая,От жизни сбежав, ни о чем не спою,И выдана жизнь мне не будет другая.Я только с народом покой обрету -Не в тихой глуши, а в грохочущем мире.Шум жизни наполнит дыханьем мечтуИ станет она человечней и шире.
Закончить этот небольшой очерк о творчестве Ш. Арсанукаева хочется словами Э. Минкаилова: "В современной чеченской литературе творчество Ш. Арсанукаева занимает одно из ведущих мест. С начала 60-х годов он создает поэтические произведения, которые стали приметны в современной чеченской поэзии. Ценя достижения своих предшественников, он продолжил лучшие традиции творчества основоположников и классиков чеченской литературы. Все это способствовало бурному расцвету таланта поэта".
Только добавим от себя: Большого таланта. Щедрого творчества.

 

Прошлое является зеркалом будущего
Такое отношение руководства ЧГПИ (хазарских "князей") к древней истории чеченцев-созидателей связано с тем, что для них чеченцы - изгои и сырой материал. Это станет ясно и из последующего текста.
Часть чеченцев имеет антропологические, лингвистические, этнологические и другие атрибуты автохтонов, а другая часть их не имеет, кроме языка. И при анализе чеченской истории или характеристике самого народа, сталкиваешься со следующими скрытыми, но явно существующими в общественном процессе таинствами, подталкивающими чеченцев к конфликтам.
1. Один чеченец и все чеченцы - не одно и то же и наоборот. С другой стороны, современных и древних чеченцев необходимо рассматривать с учетом вопросов субстрата и адстрата. Иной подход позволяет выветривать из исконных чеченцев все чеченское, смешивая последних с инородцами (другой менталитет).
Относительно субстрата (древний слой). До современного состояния чеченцы эволюционно сформировались на общекавказских ценностях, которые слагались из определенных семейно-тейповых ячеек и составляли определенные общественные институты (трансформируясь в цIа, некъе, тайпы и т.д., регулируя свои отношения на постулатах адата). И эти субстратные ценности, проявляемые в языке, этике, психологии, антропологии, мировоззрении и т.д., необходимо учитывать (в разумных пределах) и при современном общественном строе и общественных отношениях чеченцев. Причем, они ныне подменяются семитскими (религия и т.д.) и тюркохазарскими инновациями последних веков. Иначе говоря, дерево отрывается от корней. Подчеркиваю, древний тейповый принцип чеченского общества не так делит чеченцев, как ислам (сунниты и шииты, вирды и т.д.). Поэтому не надо игнорировать тейповый фактор, как часть, из которой слагается общее - чеченцы. Дело в том, что тейповый принцип общественного строя мы наблюдаем у наших родственников хурритов и особенно у урартийцев.
Следовательно, цIа, гар, некъе, ваьр (тайп) - это древние структурные элементы, на которых сложилось и жило чеченское (нахское) общество тысячелетиями, и с помощью адатов регулировало общественные отношения. И эти оазисные атрибуты нельзя сбрасывать со счетов, подменяя их т.н. принципами ислама (дело в том, что сегодня чеченцы знают ислам на дилетантовском уровне и особенно спекулируют им инородцы). Надо знать: Бог (Дела) создал чеченцев чеченцами. В плане разумного использования древних ценностей уместно вспомнить японцев, как эталон уникального сочетания древних традиций, культуры и ультра-современности (наука, технологии, образование и пр.)
Адстратный слой чеченцев (новые чеченцы) связан с гуннами, хазарами, кипчагами и другими, потомков которых ныне в народе называют суьлийн тайпа (видимо, от реки Сул-ак). Необходимо отметить, автохтонные суьлий являются патриотами Кавказа, где бы они ни проживали - в Чечне. Кабарде и т.д.
2. Отбросив в сторону этническую историю чеченцев, слагаемую из различных наук (антропологии, лингвистики, этнологии, археологии и др.), сегодня в школах и вузах Чеченской Республики изучают только политическую историю сообразно с идеологией того или иного режима. Дело в том, что "История Чечни" - это политическая история или историческая география с археологическим оттенком, то есть чеченский этнос - не созидатель, и присутствует где-то на задворках. В такой мутной истории не требуется поиска исторической истины (знание самобытной истории чеченцев и других народов). Более того, т.н. исследования царских историков, этнологов, некоторых современных историков требуют осторожного обращения с ними, ибо им тогда тоже напевали в ухо свои мотивы "чонгуристы" (адстрат), тексты которых сегодня корректируют в аттическом духе (Дауев). Обрусевшие инородцы часто пересаливают по части русского настроения (Ленин о Дзержинском). Везде почему-то так.
3. В программах и учебниках школ и вузов РФ "История Отечества" не охватывает историю народов России (регионально, диахронно и т.д.). Отсюда складывается впечатление, что мы изучаем "Историю Российской империи", причем созидательная деятельность даже русского народа отражена минимально (и после этого мы говорим о воспитании?)
Таким образом, эти вопросы (точнее - просчеты) должны быть учтены в написании и в преподавании истории чеченцев и т.д., чтобы ускорить процесс очеченивания даже чеченцев-автохтонов (например, через звание своей подлинной истории). Дело в том, что народ, лишенный исторической памяти, не может быть нравственно здоровым, вменяемым и, соответственно, воспитуемым, организованным созидателем и управляемым.

 

Чеченский тайп (род)
Чеченский тукхум - это своего рода военно-экономический союз определенной группы тайпов, не связанных между собой кровным родством, но объединившихся в более высокую ассоциацию для совместного решения общих задач защиты от нападения противника и экономического обмена. Тукхум занимал определенную территорию, которая состояла из фактически заселенной им местности, а равно и окружающего района, где тайпы, входившие в тукхум, занимались охотой, скотоводством и земледелием. Каждый тукхум говорил на определенном диалекте одного и того же вайнахского языка.
Некоторые историки считают, что между тукхумом и тайпом, взятыми в их исторической динамике, нет никакой разницы, кроме количественной, что как тукхум, так и тайп могут в определенной последовательности выполнять функции и рода, и фратрии - то есть союза родов.
Хотя тукхум и означает в переводе "семя", "яйцо", - говоря о внутренней структуре его, необходимо подчеркнуть, что эта организация в представлении чеченцев никогда не рисовалась как группа кровнородственных семей, а представляет собой союз родов, объединившихся во фратрию по своему территориальному и диалектологическому единству....
Чеченский тукхум, в отличие от рода, не имел официального главы, равно как и своего военачальника (бячча). Отсюда видно, что тукхум был не столько органом управления, сколько общественной организацией, тогда как тайп представлял необходимую и логическую стадию прогресса в развитии идеи управления.
Возникновение союза тайпов (тукхумов) представляло собой также несомненный прогресс, происходящий на одной и той же территории, как неуклонный процесс, ведущий к возникновению нации, хотя тенденция к локальному разделению по родам и продолжала существовать.
Совещательным органом тукхума был совет старейшин, который состоял из представителей всех тайпов, входивших в данный тукхум на равных по положению и почету правах. Тукхумный совет созывался в случае необходимости для решения межтайповых споров и разногласий, для защиты интересов как отдельных тайпов, так и всего тукхума.
Тукхумный совет имел право объявлять войну и заключать мир, вести переговоры с помощью своих и чужих послов, заключать союзы и порывать их.
Вот почему еще надо полагать, что понятия "тукхум" и "тайп" далеко не идентичны... Следовательно, тукхум, как показывает сам термин, - не кровнородственный союз, а всего-навсего братство, и представляет собою естественное образование, выросшее из организации. Это союз нескольких тайпов одного и того же племени, сложившийся для определенных целей.
Но в Чечне есть и союзы кровнородственных родов, образовавшиеся путем сегментации одного начального рода, как, например, чантийцы и терлосецы.
В состав терлоевцев входят такие кровнородственные группы, именующие себя гарами, иногда и родами, как Бешни (Боьшни), Бавлой (БIавлой), Жерахой (Жерахой), Кенахой (Кхенахой), Мацархой (МацIархой), Никарой (Никарой), Ошний (Оьшний), Санахой (Санахой), Шюидий (Шуьндий), Элтпархой (Элтпхьархой) и др.
Из ста тридцати пяти тайпов, составлявших чеченское общество в середине XIX века, три четверти были объединены в девяти фратриях (союзах) следующим образом.
В тукхум Аккий (Аьккхий) входили такие тайпы, как Барчахой (Барчахой), Жевой (Жевой), Зогой (31огой), Ноккой (Ноккхой), Пхарчой (Пхьарчой), Пхарчахой (Пхьарчахой) и Вяппий (Ваьппий), занимавшие в основном район восточной Чечни на границе с Дагестаном.
В Мялхи (Маьлхи) входили: Бястий (Б1аьетий), Бенастхой (Б1енастхой), Италчхой (Италчхой), Камалхой (Камалхой), Коратхой (Кхоратхой), Кеганхой (К1еганхой), Меший (Меший), Саканхой (Саканхой), Тератхой (Тератхой), Чархой (Ч1архой), Эрхой (Эрхой) и Амхой (1амхой), занимавшие юго-западный район Чечни на границе с Хевсуретией и Ингушетией.
В Нохчмахкахой объединялись такие крупные тайпы, как Белгатой (Белг1атой), Беной (Беной), Билтой (Билтой), Гендаргеной (Гендаргеной), Гордалой (Г1ордалой), Гуной (Гуной), Зандакой (Зандакъой), Ихирхой (Их1ирхой), Ишхой (Ишхой), Куршалой (Куршалой), Сесанхой (Сесанхой), Чермой (Чермой), Центарой (Ц1ентарой), Чартой (Чартой), Эгашбатой (Эг1ашбатой), Энакхаллой (Энакхаллой), Энганой (Энганой), Шоной (Шуоной), Ялхой (Ялхой) и Алирой (1алирой), занимавшие в основном восточные и северо-восточные, а частично и центральные районы Чечни.
В Чебарлой (Ч1ебарлой) входили: Дай (Д1ай), Макажой (Макажой), Садой (Садой), Сандахой (Сандахой), Сиккахой (Сиккхахой) и Сирхой (Сирхой). В Шарой входили: Кинхой (Кинхой), Ригахой (Ригахой), Хихой (Хихой), Хой (Хой), Хакмадой (Хьакмадой) и Шикарой (Шикъарой).
Тайпы, входившие как в Ч1ебарлой, так и в Шарой, занимали юго-восточный район Чечни по реке Шара-Аргун.
В Шотой (Шуотой) вошли: Варандой, Вашандарой, Гаттой (Г1аттой), Келой, Маршой, Нижалой, Нихалой, Пхамтой (Пхьамтой), Сяттой (Саьттой) и Хаккой (Хьаккой), занимавшие центральную Чечню в долине реки Чанты-Аргун.
В Эрштхой вошли тайпы: Галой, Гандалой (Г1андалой), Гарчой (Г1арчой), Мержой, Мужахой и Цечой (Ц1ечой), жившие на западе Чечни, в долине реки Нижнего Мартана (Фортанги).
А все остальные тайпы чеченцев в этом районе объединялись в кровнородственные союзы. Так, например, Борзой, Бугарой (Буг1арой), Хилдехарой (Хилдехьарой), Дерахой (Доьрахой), Кхокадой (Кхуокхадой), Хачарой (Хьачарой) и Тумсой, жившие в верховье реки Чанты-Аргуна, объединялись в союз Чянтий (Ч1аьнтий), а такие, как Никарой (Никъарой), Ошний (Оьшний), Шюндий (Шуьндий), Элтпхархой (Элтпхьархой) и другие входили в Терлой (Т1ерлой).
Были в Чечне и такие тайпы, которые не входили в тукхумы и жили самостоятельно. Такие, например, как Зурзакхой (Зурзакъхой), Майстой (М1айстой), Пешхой, Садой и др.
Дела тукхума, как мы уже писали, решались советом старейшин, созываемым им по мере необходимости. Но тукхум как орган не имел каких-либо функций управления, принадлежавших тайпу, хотя он и был облачен в общей социальной системе определенными полезными полномочиями в связи с необходимостью какой-либо организации - большей, чем тайп.
Таким образом, договорившись между собой разрешать мирным путем взаимные споры и помогать друг другу в обороне и нападении на противника, тайпы объединялись в тукхумы прежде всего по территориальным признакам. Так, например, нохчмахкойцы занимали территорию восточной Чечни (Бена, Сесана, Шела, Гуьмси и частично Ведено). Надо полагать, что нохчмахкойцы, составившие основное ядро чеченцев, первыми поселились и в районе Аксая, Мичига вдоль реки Терека.
Характерно отметить здесь и такую деталь, что нохчмахкойцы своей древней родиной считают Ношхой (местечко в районе Галанчожа), хотя с незапамятных времен живут на территории своего нынешнего поселения.
Отдельные тайпы из этого тукхума, например, Беной и Центорой, настолько сильно увеличились, что давно уже забыли о своем первоначальном кровном родстве. Брак между беноевцами и центороевцами давно стал обычным явлением. Выйдя за пределы своей древней земли, представители этих тайпов уже по крайней мере с XVI века стали расселяться по другим районам современной Чечни. Трудно найти в наше время населенный пункт, где бы не было представителя, например, беноевцев.
Таким образом, по мере своего увеличения, тот или иной тайп в свою очередь расчленялся на несколько родов, и гары прежнего рода в этом случае становились самостоятельными родами, а первоначальный род продолжал существовать уже как тукхум - союз родов. Мы уже писали о тукхуме Ч1аьнтий. Есть в Чечне и такие тайпы, которые в силу тех или иных исторических обстоятельств не входили ни в какие тукхумы, жили и развивались самостоятельно. Эти тайпы образовались как из аборигенов данного края, так и из пришлых лиц. Поэтому следует считать тайп той основной ячейкой, откуда любой чеченец исчисляет свои первоначальные кровнородственные отношения и связи по отцовской линии.
Когда чеченцы хотят подчеркнуть отсутствие родства у какого-нибудь человека, то обычно говорят: "Цу стеган тайпа а, тукхум а дац" (У этого человека нет ни рода, ни племени).
Итак, что же такое чеченский тайп и какие общественно-экономические принципы устанавливает институт тайпизма?
Знаменитый американский исследователь первобытного строя, посвятивший себя изучению обычаев и нравов древних индейцев, Л. Морган в своей работе "Ancient" дает следующее описание родового строя у индейцев: "Все его (рода. - М.М.) члены - свободные люди, обязанные защищать друг друга; они обладают равными личными правами, - ни сахемы, ни военные вожди не претендуют ни на какие преимущества; они составляют братство, связанное кровными узами. Свобода, равенство, братство, хотя это никогда и не было сформулировано, - были основными принципами рода, а род в свою очередь был единицей целой общественной системы, основой организованного индейского общества".
Чеченский тайп - это тоже группа людей или семейств, выросших на основе примитивных производственных отношений. Члены его, пользуясь одинаковыми личными правами, связаны между собой кровным родством по отцовской линии. Свобода, равенство и братство, хотя никем и не были сформулированы, здесь также составляли основу тайпа - основу всей организации чеченского общества. Но чеченский тайп рассматриваемого нами периода (после XVI века) отнюдь не был уже архаическим родом, каким он был у ирокезов. Нет! Тайповый строй чеченцев этого периода является уже продуктом собственного заката, проявлением его потенциальных внутренних противоречий, разложения до сих пор казавшиеся незыблемыми форм, вытекавших из первоначальных правовых принципов тайпизма, которые раньше цементировали тайповый строй и искусственно сдерживали его разложение. Эти старые формы и тайповые принципы уже вступили в противоречие с теми социально-имущественными сдвигами, которые с каждым днем возрастали внутри отдельных тайповых ячеек. Юридическая оболочка тайповых корпораций уже не соответствовала имущественной структуре общества.
Однако была очень важная причина внешнего характера, которая сохраняла в силе "старое право" и "гармонировала" его с произошедшими новыми сдвигами: малочисленные чеченские тайпы жили в это время в окружении более сильных соседей (грузинов, кабардинцев, кумыков и других), феодальная знать которых постоянно так или иначе посягала на их вольность. Эти внешние условия прежде всего и отсутствие у чеченцев сложившихся форм государственности сильно повлияли на сплочение тайпов, и эта сплоченность перед лицом внешней опасности придавала вид (конечно, только вид) равенства, братства, защиты интересов друг друга.
Итак, тайп в понятии чеченцев - патриархальная экзогамная группа людей, происходящих от одного общего предка. Известны четыре термина, служившие для обозначения боковых ветвей, сегментировавшихся от тайпа, и употреблявшиеся у чеченцев с незапамятных времен для обозначения крупных родственных групп, которые представляют собой определенное общественное, территориальное и прежде всего кровнородственное единство: ваьр (вяр),гар, некъий (некий), ц1а (ца).
Только первый из них - ваьр многозначен и наряду с остальными терминами обозначает кровнородственную группу людей, причем более точно определяет понятие "род-тайп".
Основные коренные чеченские тайпы следующие: Айткхалой, Ачалой, Барчахой, Белхой, Белг1атой, Беной, Бецахой, Билтой, Бигахой, Буг1арой, Варандой, Вашандарой, Ваьппий, Галой, Г1андалой, Г1арчой, Г1аттой, Гендаргеной, Гилой, Г1ой, Г1ордалой, Даттахой, Д1ай, Дишний, Доьрахой, Жевой, Зандакъой, 31огой, Зумсой (он же Буг1арой), Зурзакъой, Зуьрхой, Ишхой, Их1ирхой, Италчхой, Камалхой, Кей, Келой, Кулой, Куршалой, Кушбухой (он же 1алирой), Кхартой, К1сганхой, Лашкарой, Макажой, Мар-шалой, Мержой, Мерлой, Мазархой, М1айстой, Мужахой, Мулкъой, Нашхой, Нижалой, Ник1арой, Нихалой, Ноккхой, Пешхой, Пхьамтой, Пхьарчой, Ригахой, Садой, Сахьандой, Сярбалой, Саьттой, Тулкхой, Туркой, Харачой, Херсаной, Хилдехьархой, Хой, Хуландой, Хурхой, Хьаккой (он же Ц1оганхой), Хьакмадой, Хьачарой, Химой, Хихой, Хьуркой, Цацанхой, Ц1ентарой, Ц1ечой, Чартой, Чархой, Чермой, Ч1архой, Ч1инхой, Чунгарой, Шарой, Шикъарой, Ширдой, Шуоной, Шпирдой, Шуьндий, Эг1ашбатой, Элстанжхой, Энакхаллой, Энганой, Эрсаной, Эрхой, Ялхарой, 1алирой, 1амахой и др.
Тайпов в Чечне в исследуемый нами период с относительной точностью, насчитывается более ста тридцати пяти. Из них более двадцати - не коренные, а образовавшиеся от представителей других народов, но уже давно прочно вошедшие в состав чеченского общества, ассимилировавшиеся в разное время и при различных условиях: одни из них шли в страну вайнахов сами, в поисках удобных земель, а других приводили сюда сложившиеся исторические обстоятельства, и они были вынуждены перенять чужой для них язык, чужие обычаи. Разумеется, эти люди не имели здесь ни тайповых гор, ни общинных земель, ни каменных склепов (солнечных могил) для похорон своих умерших сородичей. Но по примеру аборигенов этого края, они сплотились в кровные родства, оказывали помощь членам своей общины, объявляли кровную месть за убийство своего сородича, придерживались и других общественно-обязательных принципов института тайпизма. Это обстоятельство для нас интересно еще и тем, что оно решительно отвергает теорию абсолютно чистого этнического происхождения вайнахов - в частности, чеченцев.
По мере размножения тайп распадался на две или более части-гары, и каждый из этих гаров с течением времени составлял самостоятельный тайп.
Чтобы подтвердить свою принадлежность к аборигенам Чечни, каждый чеченец должен был помнить имена не менее двенадцати лиц из числа своих прямых предков...
Старейшины и вожаки чеченских тайпов не всегда обладали недоступными замками, не украшали свои выезды фамильными гербами. Они не гарцевали в сверкающих доспехах и не бились на романтических турнирах. Подражая тайповой демократии в обществе, они все еще имели вид мирных крестьян: водили по горам отары овец, пахали и сеяли сами. Но высокие понятия чести, равенства и братства между всеми членами тайповой общины пришли в новый этап тайповых отношений не в ореоле прежней чистоты и благородства, а в извращенной, модернизированной форме, порожденной наглой жестокостью и высокомерными притязаниями сильных и богатых.
В своей основной массе вайнахи очень настороженно и чутко относились ко всяким попыткам и поползновениям к зарождению феодальной власти и феодальной аристократии и общими усилиями в корне пресекали их. Об этом свидетельствуют богатейший фольклорный материал и обычай байтал ваккхар (раскулачивание), бытовавший у чеченцев и очень редко встречающийся у других народов.
И все же процесс разложения тайповой общины явственно прослеживается у чеченцев еще с позднего средневековья (XIII-XIV века). Причем этот процесс и тогда знаменует не первоначальную стадию, а уже ту ступень, которой предшествовали более ранние шаги.
Экономической основой тайпа были скотоводство, земледелие и охота. Скот являлся тем базисом, который определял специфические особенности чеченского тайпа того периода. Поля и усадьбы также являлись важнейшей частью тайпового имущества. Земледелием чеченцы занимались с древнейших времен, еще в начале XVII века качкалыковские чеченцы имели богатые виноградники, сеяли пшеницу, просо, ячмень, а позже стали возделывать кукурузу.
Майсты и вообще Средне-Аргунский район Чечни XVII века славились своими мудрыми лекарями, хорошо лечившими раны, делавшими ампутацию органов и даже трепанацию черепа. Майстинцам, например, еще задолго до появления русских на Кавказе, известна была прививка от оспы. Они славились и как искусные строители боевых и жилых башен. И наконец майстинцы славились и как знатоки адата - тайпового права. Именно сюда, в Майсты, который в силу своего географического положения был защищен от всевозможных нападений врагов, съезжались старейшины тайпов на официальные совещания для обсуждения адатно-таиповых вопросов...
Еще одним местом, где также обсуждались вопросы общечеченского адата, была гора Кхеташ-Корта, возле аула Центорой.
___________________
* Глава с некоторыми сокращениями взята из работы М. Мамакаева "Чеченский тайп в период его разложения". Грозный, 1973, сс. 15-28.

 

Народная медицина
Горские врачи при лечении ран по свидетельству автора статьи "Лечение ран у кавказских горцев" (журн. "Смесь", # 2, 1855), преследовали следующие основные цели: "остановить кровотечение из раны, удалить из нее посторонние тела, предотвратить воспалительное состояние в ней и в периферии ее, способствовать хорошей грануляции и доброкачественному нагноению в ране и заживлению ее", т.е. те же цели остаются главными и в современной хирургии. Но это не значит, что другие методы лечения больных им не были известны.
При огнестрельных застарелых ранах с раздроблением костей и присутствием посторонних тел (пули, секвестры, осколки) в отверстие раны вносилась, как можно глубже, толстая турунда из тряпки, смоченная едким веществом, обыкновенно мышьяком, и оставлялась там на несколько дней, что вело к расширению раны. В эту рану вставлялся рог и высасывался скопившийся в глубине гной, частицы омертвевшей кости, пули, осколки и другие посторонние тела. На огнестрельную рану прикладывали 2 раза в день мазь из смолы чинары с медом и яичным желтком попеременно с тертою морковью, вложенную в тряпку - до уничтожения воспаления. При переломах конечностей, их оборачивали в шкуры только что убитого барана, козы, внутренняя сторона которой обращена к поверхности тела. Засыхая, шкура образует твердую и неподвижную коробку, в которой покоится страждущий член (догипсовый период). Шкуру, снятую со свежеубитого животного, употребляли и как ванну, куда заворачивали рахиточных и гипотрофичных детей, воспаленные суставы, конечности. Куски курдюка (жир, висящий у хвоста баранов) вкладывали в свежую рану, в область мозга после трепанации черепа, на воспаленную рану, сустав в виде компресса. Антонов огонь (газовая гангрена) лечился теми же едкими веществами (квасцы, мышьяк и др.) и различными травами. Ампутации горские хикими (лекари) не делали совершенно, а прибегали к сберегательной, щадящей терапии. При переломах накладывались шины (зерштохар) из доски, или жерди, сплетенной из хвороста, или из специально приготовленного на яичном белке теста из муки (белхьам), которое при завертывании превращалось в своего рода кожух. Такого же рода белхьам из муки с маслом в теплом виде прикладывали для ускоренного завершения процесса воспаления, например, панариций. Для ускорения созревания панариции прикладывали также слегка пропеченный лук и немного примятый подорожник. Для созревания панариции делали проколы гнойника, протягивали через него нитку и завязывали узлом. Это кольцо обеспечивало постоянный отток гноя через отверстие. Для облегчения болей при панарициях беспрерывно играли на дечигпандуре (национальный музыкальный инструмент наподобие русской балалайки) "мотив для излечения панариции". Для обезболивания применялись также различные методы (еще донаркозный период): сдавливание конечности выше ран до онемения, клали на рану лед, отвлекающий боль в другом месте. Но самым распространенным было воздействие и влияние на больного словом. При проникающих ранениях в грудную полость (открытый пневмоторакс) затыкали отверстие ватой, тряпкой, травой. При головных болях, связанных с повышением давления, укусах змей, пауков, при долго незаживающих язвах и т.д. применялось кровопускание (пхьатохар); суть его заключалась в следующем. На выбритом месте головы (обычно затылок, темя) специальным инструментом "пхьа" (топорик в миниатюре) после тщательного мытья и обжога на фитиле наносились насечки, а потом, создавая в стакане вакуум, вытягивали кровь. Когда кровь сворачивалась, стакан убирали, раны перевязывались. Такую процедуру делали на голенях и на спине. Этим инструментом иной раз наносились насечки и по вздутой вене, чтобы выпустить определенное количество крови. Оспопрививание делалось издревле. Делались насечки на руке маленькими острыми клещами, предварительно смоченными с жидкостью со струпьями человека, переболевшего оспой (способ приготовления этой жидкости остался тайной). Внезапными психическими потрясениями выводили больного малярией из состояния приступа. Для этого его неожиданно обдавали холодной водой, или бросали ему за воротник рубашки живую лягушку, кусок льда, зимой подпиливали мостик, по которому ночью шел больной, который проваливался в ледяную воду, устраивали ложный пожар, неожиданный скандал со стрельбой и т.д. При экземах и лишаях применялось "вытаскивание гниды" ("хинжа баккхар"), когда лекарь иголкой из-под эпидермиса с определенного участка кожи вытаскивает маленький кусочек подкожной ткани, скорее нервное окончание, размером с гниду. Чесотку лечили серной мазью (смесь серы с коровьим маслом) или купали в реке Аргун выше селения Чишки, где в нее впадают чанты-аргунские источники, насыщенные серой. Лечение окуриванием. Больного сажали на стул, возле его ног ставили таз с горящими головешками, иногда на огонь клали различные травы, коренья. Больного окутывали с головы до ног, и он дышал и вдыхал дым и пары. Больной потел. Делалось это при простудах, болях в суставах, мышц (миозиты) и т.д. Так называемый "чоп" (палочка, щепочка, любое инородное тело в горле или носовых ходах), вызванное этими предметами воспаление. Чопист сажает больного (чаще дети), сначала мягкими, постепенно усиливающимися движениями делает массаж горла, шеи, а затем подставляет свой рот ко рту или носу больного и с силой втягивает в себя воздух, и через несколько таких процедур инородное тело (если оно там было) попадает в рот чописту, а больной облегченно вздыхает. Для лечения многих заболеваний народные лекари использовали и природные богатства своего края, такие как горячие источники, которых в республике много, солнце, воздух, грязи и т.д. При нарывах накладывали помятый лист лебеды, подорожника (динберг) или слегка пропеченный лук и перевязывали. При болях в суставах, шейном и поясничном радикулите делали массаж и растирание с оливковым маслом (зейт даьтта) или давали пить 2-3% йодистый калий (кIай молха). При головных болях, связанных с повышением давления, ставились пиявки или делалось кровопускание нанесением насечек на темя или затылок. При головных болях от простуды, возникших от сквозняков, при мигренях делали массаж и "вытягивание головы" (корта озар). Для остановки кровотечения из ран применялись: кровеостанавливаюший порошок, состоящий из 2-х частей сушеных чернильных орешков и 1 части сосновой смолы, который насыпался толстым слоем на рану, которую завязывали плотной повязкой;
для этой же цели насыпали золу, грушевую муку; прикладывали к ране пережженную кость, смоченную в холодной воде тряпку; как крайнее средство применяли прижигание раны, сосуда каленым железом; порошок из высушенной свежей человеческой крови (чаще самого раненого) насыпался на рану, сверху прикладывалась чистая греческая губка и туго завязывалась на 3 дня. Для предотвращения воспаления или дальнейшего развития процесса применялась мазь из румянки, которая накладывалась на рану, натиралась вокруг раны и накладывалась повязка или компресс, или воспаленная часть тела заворачивалась в шкуру только что убитого барана. Для этих же целей служило свежее курдючное сало (и при ранениях в голову) и свежее коровье масло. При растяжении сухожилий жарилось яйцо ястреба до получения из него масла и натиралось им поврежденное место. При вывихах суставов пальцев, предварительно вправив их, смазывалось поврежденное место коровьей желчью, обкладывалось ватой, накладывались с четырех сторон деревянные пластинки и завязывалось на 10 дней. При вывихах больших суставов, после их вправления, суставы натирались яичным маслом и камфарой, обкладывались ватой, забинтовывались и вкладывались в специально сделанные деревянные или железные чаши по величине суставов. Интересный способ определения переломов костей, который заключался в следующем: к поврежденному месту прикладывалась лепешка из просовой муки, яичных желтков и меда. При снятии через сутки с места перелома лепешка окажется не высохшей. При вывихах шейных позвонков больного клали на спину на ровном месте. Лекарь, сидя сзади больного, упирался ногами в его плечи, ухватившись обеими руками за голову, сильно протягивал на себя, затем, обложив ватой шею, накладывали на нее липовую кору (шина), намазывался бинт (тряпка) яичным желтком, смешанным с мукой (белхьам) и забинтовывалось на 18 дней, после чего выжимался сок из кожуры толченых лесных орехов и ежедневно втирался в область шеи. Вправление вывиха плеча. Больной усаживался на пол, один из помощников обхватывал его туловище, другой помощник становился с длинным шестом у больной руки. Больной брался больной рукой за шест, а лекарь, осторожно выпрямляя и вытягивая больную руку, устанавливал шест почти параллельно (немного впереди). Едва заметно, с постоянно успокаивающими причитаниями, медленными движениями поднималась рука по шесту выше до уровня плеча. И тогда лекарь крепко завязывал руку, затем медленным движением растирал плечо и постепенно подвигал вывихнутую головку к суставной ямке, а помощник отводил шест к наружи и немного вперед, и в это время лекарь с силой надавливал на головку, слышался хруст - и вывих вправлен. Вправление вывиха стопы. Пятку вывихнутой ноги вставляли в ямку, помощник держал ее, больного сажали на спину другому помощнику лекаря, который, держа больного, медленно нагибался, тем самым вытягивая больную ногу. Сам лекарь в это время медленно надавливал сверху вниз, пригибал к земле пальцы вывихнутой стопы и растиранием и надавливанием приводил кости больной ноги в надлежащее место. Потом ногу заворачивали в шкуру только что убитого барана. При сердцебиениях давали по чайной ложке два раза в день сосновый сок, смешанный в равных частях с медом. При сухом кашле клали лед на позвоночник, при затяжном (хроническом) кашле - каждое утро рекомендовали пить по два сырых яйца, добавляя к ним толченую неочищенную серу. При катаре желудка с "потерею аппетита" давали порошок из сушеной конопли и редьки в равных частях. При запорах как слабительное давали свежее коровье масло с медом. Трепанацию черепа чеченские лекари делали, видно, еще несколько сот лет назад. Этому есть немало подтверждений. Больного клали на длинную скамью (нары) плашмя, вниз лицом. Двое помощников садились ему на спину и бедра. Ноги и руки связывали, больному давали держать во рту уголок одеяла или подушки, чтобы не сломал себе зубы (обезболивания ведь не было никакого). Лекарь острым ножом (мокху) делал разрез предварительно обритой кожи головы, отворачивал вокруг раны или травмированной части головы кожу, вынимал сломанные кости или инородные тела и скоблил кость остро отточенным инструментом (гам). Когда края кости достаточно истончались, раны осторожно промывали чистой (кипяченой) тряпочкой, место пролома смазывали свежим сливочным маслом, отвороченную кожу опускали поверх раны, клали салфетку (тряпочку) со сливочным маслом и голову перевязывали. Перевязки делали через каждые два дня, пока на истонченную кость не наплывала костная мозоль и рана не закрывалась.

 

Народная кухня
Народная кухня чеченцев обширна и многогранна. Мы предлагаем лишь небольшое количество рецептов наиболее часто употребляемых блюд.
ЖИЖИГ-ГАЛНАШ (ГАЛУШКИ С МЯСОМ)
(на одну порцию)
Баранина - 354 г или говядина - 342 г, соль - 3 г.
Для галушек: мука (кукурузная или пшеничная) - 160 г, вода - 90 г.
Чесночная приправа: чеснок - 25 г, бульон - 30 г, соль - 3 г, перец черный молотый - 0,05 г.
Бульон - 300 г.
Жирную баранину или говядину с косточкой отварить большим куском (весом 1,5-2 кг) с добавлением соли. Готовое мясо нарезать кусками по 50-60 г.
Отдельно приготовить галушки.
Из пшеничной муки: замесить пресное тесто, раскатать в пласт толщиной 1 см, нарезать на длинные поломки, затем разрезать поперек на ромбики длиной 4 см, после надавливания тремя пальцами руки раскатать в виде ракушек или придать любую фигурную форму.
Из кукурузной муки: готовятся аналогично, только им придается приплюснутая овальная форма путем надавливания пальцами руки.
Галушки варить в бульоне или подсоленной воде 20-25 минут, уложить на тарелку, сверху положить куски мяса. Отдельно подать мясной бульон и чеснок, растертый с солью и разведенный небольшим количеством бульона.
ЖИЖИГ-ЧОРПА
(на одну порцию)
Говядина или баранина (толстый или тонкий края) - 159 г, жир - 15 г, томат-пюре - 20 г, помидоры свежие - 47 г, лук репчатый - 73 г, мука пшеничная - 6 г, картофель - 133 г, чеснок - 2 г, соль - 5 г, перец черный молотый - 0,05 г, зелень петрушки - 5 г.
Сырое мясо нарезать брусочками, посолить, обжарить до образования корочки, залить горячим бульоном или водой, добавить пассерованный репчатый лук, томат-пюре и помидоры свежие и тушить до готовности.
Затем бульон слить и приготовить на нем соус с мукой, поджаренной до светло-коричневого цвета. В соус положить мясо, жареный картофель и прокипятить 10-15 минут.
При подаче заправить чесноком, растертым с солью, и посыпать мелко нарубленной зеленью петрушки.
КХЕРЗИНА ЖИЖИГ
(на одну порцию)
Говядина - 200 г или баранина - 200 г, картофель - 53 г, репчатый лук - 30 г, жир топленый - 12 г, соль - 4 г, перец черный молотый - 0,05 г, зелень петрушки - 5 г, чабрец - 2 г.
Мясо посолить, нарезать кусочками весом по 20-40 г, обжарить, залить небольшим количеством горячего бульона или воды, потушить 25-30 минут, добавить обжаренный до полуготовности картофель, жареный лук и довести до готовности. За 5 минут до конца тушения заправить чабрецом, перцем черным. Готовое блюдо при подаче к столу оформить зеленью.
МЯСО СУШЕНОЕ
(на одну порцию)
Мясо сушеное - 270 г, перец черный молотый - 0,05 г.
Для галушек: мука (кукурузная или пшеничная) - 160 г, вода - 90 г.
Чесночная приправа: чеснок - 25 г, бульон - 30 г, соль - 3 г., перец черный молотый - 0,05 г.
Бульон - 300 г.
Мясо сушеное замочить на 20 минут в холодной воде и сварить до готовности без добавления соли. Готовое мясо нарезать кусками по 30-40 г.
Отдельно приготовить галушки.
Из пшеничной муки: замесить пресное тесто, раскатать в пласт толщиной 1 см, нарезать на длинные полоски, затем разрезать поперек на ромбики длиной 4 см, после надавливания пальцами руки раскатать в виде ракушек или придать любую фигурную форму.
Из кукурузной муки: готовятся аналогично, только им придается приплюснутая овальная форма путем надавливания пальцами руки.
Галушки варить в разбавленном кипяченой водой бульоне или подсоленной воде 20-25 минут, уложить на тарелку, сверху положить куски мяса. Отдельно подать бульон и чеснок, растертый с солью и разведенный небольшим количеством жирного бульона.
ДАЛНАШ ПО-АТАГИНСКИ
(на одну порцию)
Для теста: мука пшеничная - 120 г, кефир - 100 г, соль - 3 г, сода пищевая - 0,2 г.
Для фарша: рубец - 190 г, сало-сырец - 25 г, лук - 24 г, соль - З г, перец черный молотый - 0,03 г, масло сливочное - 30 г.
Из пшеничной муки на кефире с добавлением соли и соды замесить некрутое тесто.
Для фарша: отварной рубец, сало-сырец и репчатый лук мелко порубить, все обжарить, посыпать солью и перцем.
Тесто разделить на 2 лепешки круглой формы, на середину положить фарш, края защепить и раскатать толщиной 8-10 мм. Выпекать на сковороде или на плите без жира. Готовые пышки смочить горячей водой для мягкости и удаления подгоревшей муки, смазать сливочным маслом, нарезать на 4-6-8 кусочков в виде секторов.
Отдельно можно подать масло сливочное.
КОЛБАСА ПО-ДОМАШНЕМУ
(на одну порцию)
Баранина или говядина (мякоть) - 130 г, кишки бараньи - 70 г, лук репчатый - 60 г, сало-сырец - 50 г, рис - 15 г, соль - 5 г, перец черный молотый - 1 г.
Для галушек: мука кукурузная или пшеничная - 160 г, вода - 90 г.
Чесночная приправа: чеснок - 25 г, бульон - 30 г, соль - 3 г, перец черный молотый - 0,05 г.
Для фарша: мякоть мяса, сало-сырец мелко порубить ножом, можно пропустить через мясорубку с крупной решеткой.
Рис перебрать и промыть горячей водой, посолить, посыпать перцем, тщательно перемешать с мясом.
Кишки бараньи замочить на 30-40 минут в теплой воде, затем тщательно промыть. Кишечные оболочки наполнить не плотно фаршем и завязать концы. Отварить, залив горячей водой, в течение 1-1,5 часа.
Отдельно приготовить галушки.
Из пшеничной муки: замесить пресное тесто, раскатать в пласт толщиной 1 см, нарезать на длинные полоски, затем разрезать поперек на ромбики длиной 4 см и после надавливания тремя пальцами руки раскатать в виде ракушек или придать любую фигурную форму.
Из кукурузной муки: готовятся аналогично, только им придается приплюснутая овальная форма путем надавливания пальцами руки.
Галушки варить 20-25 минут в подсоленной воде. Колбаса подается с галушками из кукурузной или пшеничной муки. Отдельно подать чеснок, растертый с солью и разведенный небольшим количеством жирного бульона.
КУРИЦА ПО-ЧЕЧЕНСКИ
(на одну порцию)
Курица - 208 г, соль - 3 г, лук репчатый - 5 г. Для соуса: масло сливочное - 20 г, молоко цельное - 50 г, лук репчатый - 60 г, перец черный молотый - 0,05 г, соль - 2 г.
Для галушек: мука (кукурузная или пшеничная) - 160 г, вода - 90 г, соль - 2 г. Бульон - 250 г, молоко кипяченое - 50 г.
Подготовленные тушки кур кладут в горячую воду (2-2,5 л на 1 кг продукта), быстро доводят до кипения, затем нагрев уменьшают. С закипевшего бульона снимают пену, добавляют нарезанный лук, соль и варят при слабом кипении в закрытой посуде до готовности.
Отварную курицу разрубить на порции, положить в кастрюлю с луком, пассерованным на сливочном масле, залить цельным молоком, посолить, добавить перец черный, накрыть крышкой и тушить 5-10 минут.
Приготовить галушки из кукурузной или пшеничной муки.
Галушки из пшеничной муки: замесить пресное тесто, раскатать в пласт толщиной 1 см, нарезать на длинные полоски, затем разрезать поперек на ромбики длиной 4 см и после надавливания тремя пальцами руки раскатать в виде ракушек или придать любую фигурную форму.
Галушки из кукурузной муки: готовятся аналогично, только им придается приплюснутая овальная форма путем надавливания пальцами руки.
Галушки варить в бульоне или подсоленной воде 20-25 минут, уложить на тарелку, сверху положить куски птицы.
Отдельно подать куриный бульон, заправленный цельным прокипяченным молоком.
СИСКАЛ
(на одну порцию)
Для сискала: мука кукурузная - 168 г, вода - 100 г, соль - 2 г. В просеянную кукурузную муку влить воду температурой 50-60 градусов и замесить тесто, разделать на лепешки круглой формы толщиной 1,5-2 см, диаметром 20-25 см. Выпечь на сковороде (без жиров), периодически переворачивая. Подается с калд-дятта или то-берам и чаем калмыцким.
Для калд-дятта: творог - 64 г, масло сливочное (топленое) - 20 г, яйцо - 1/2 шт., соль - 5 г.
Соленый творог тщательно перемешать со сливочным или топленым маслом и мелко рубленным отварным яйцом.
Для то-берам: творог - 40 г, сметана - 60 г, соль - 5 г.
Соленый творог тщательно перемешать со сметаной.
Для чая калмыцкого: молоко - 100 г, чай зеленый плиточный - 4 г, перец черный - 0,1 г, масло сливочное - 10 г, соль - 0,5 г, вода кипяченая - 100 г.
В кипящую воду засыпать плиточный зеленый чай, после закипания дать настояться в течение 5 минут, процедить, влить кипяченое молоко, добавить соль, черный перец, сливочное масло.
ЧЕПАЛГАШ
(на одну порцию)
Для теста: мука пшеничная - 100 г, кефир - 100 г, сода пищевая - 0,2 г, соль - 0,5 г.
Для фарша: творог - 75 г, яйцо - 1/4 шт., соль - 0,5 г, масло сливочное - 20 г. Приготовление теста.
Муку смешать с подогретым кефиром, добавить соль, хлебную соду и замесить тесто до получения однородной мягкой консистенции.
Приготовить фарш из творога, смешанного с яйцом и солью, если творог несоленый.
Тесто разделать на куски весом по 200-230 г и раскатать толщиной 30 см. На середину уложить фарш, края защепить в виде пончика и раскатать толщиной 0,9-1,5 см.
Выпекать на сковороде без жиров, периодически переворачивая. Готовый чепалгаш протереть с обеих сторон горячей водой для смягчения и удаления подгоревшей муки, смазать сливочным маслом, уложить один на другой.
При подаче нарезать на 4-8 частей и полить растопленным сливочным маслом. Масло можно подать отдельно.
ХИНГАЛАШ С ТЫКВОЙ
(на одну порцию)
Для теста: мука пшеничная - 120 г, кефир - 100 г, сода пищевая - 0,2 г, соль - 0,5 г.
Для фарша: тыква - 128 г, сахар - 15 г, вода - 30 г, лук репчатый - 24 г, соль - 0,5 г, масло сливочное - 30 г.
Муку смешать с подогретым кефиром, добавить соль, хлебную соду и замесить тесто до получения однородной мягкой консистенции.
Приготовление фарша: тыкву освободить от плодоножки, порубить на куски, очистить от семян, уложить кожурой вверх в кастрюлю, залить горячей водой из расчета 1 л воды на 5 кг тыквы и варить, плотно прикрыв крышкой, до готовности. Лук репчатый мелко порубить и обжарить, можно положить в фарш сырым. Из отварной тыквы с помощью ложки выбрать мякоть и протереть. Добавить сахар, соль, жареный лук и все перемешать.
Тесто разделить на куски по 200-230 г, раскатать лепешки толщиной 0,3 см, на одну половину положить фарш, накрыть второй половиной, края защепить, придав форму полукруга. Выпекать на раскаленной сковороде без жира, периодически переворачивая. Готовый хингалаш протереть с обеих сторон горячей водой (для мягкости и удаления подгоревшей муки), смазать сливочным маслом. Перед подачей разрезать на 3-6-9 частей и полить растопленным сливочным маслом или отдельно подать масло в пиале.
ХАЛВА ИЗ ОРЕХОВ
(на 100 г)
Ядро ореха - 650 г, мед - 420 г.
Очищенные ядра орехов (грецких, арахиса) слегка обжарить, засыпать в кипящий мед и перемешать. Переложить в поднос и дать остыть. Перед подачей нарезать на порции весом 75-100 г.

 

Фольклор
Чеченские народные пословицы и поговорки
Жизнь. Человек. Суть
Без тучи на небе дождь не пойдет, без горя на сердце глаз не заплачет.
Озеро не замерзнет, если дно не холодное.
Бездонная кадка водой не наполнится.
Бывает арбу грузят на лодку, бывает лодку грузят на арбу.
В том, что сова не видит днем, солнце не виновато.
Вода чиста у истока.
Волк не бывает без зубов, а зима - без холода.
Выйдет из дома зло, извне добро не придет.
Где стояло болото, там остается сырость.
Возможности своей арбы знает владелец.
Груша от грушевого дерева недалеко падает.
Горбатого могила исправит.
Движение - счастье юноши, покой - счастье девушки.
Достоинство людей - их количество.
Еда - пища тела, сон - пища бодрости.
Если в мясе заведутся черви - его солят, а если в соли заведутся черви - что делать?
Если не болит голова, не перевязывай ее.
Если нет никаких возможностей и труп отца оставляют.
Если не по вкусу, то пусть будет по возможности.
Оттого, что отец поест, сын не насытится.
Если суждена в доме беда - пусть умирает сноха, если же беда суждена вне дома - то пусть умирает зять.
Заблеешь - волк утащит, не заблеешь - чабан зарежет.
Золото дороже там, где оно добывается.
Из жерди обод не согнешь, из осленка коня не вырастишь.
Из козьего рога не получится рукоятка, сын сестры не заменит родного сына.
К неудачнице и из отчего дома приходит соперница.
Из опрокинутой посуды выльется только то, что в ней есть.
И к поражению войска привел один, и к победе привел один.
Из чужих мест гончая зайца не поймала.
Каждый свою плешь чешет.
Камень остался - вода ушла.
Когда нет настроения, не пляшут ноги.
Когда умирает голова, тело тоже умирает.
Коли клонит ко сну - подушки не выбираешь, коли полюбишь - красоту не выбираешь.
Колючка с самого начала растет острой.
Курица, попытавшаяся прокричать по-петушиному, лопнула.
Кто ходил продавать черемшу, вернулся купив лук.
Кто хотел одолеть мир, был одолен миром.
Кто дал пятачок, тот и сыграл на зурне.
Куда игла, туда и нитка.
Куда коза, туда и козленок прыгнул.
Мать кормит дитя, как земля человека.
Не всегда река по одному руслу течет.
Нет добра без последующего худа, нет худа без последующего добра.
Нет ничего сладостнее жизни, нет ничего быстрее глаза.
Обжегшись на супе, дует на воду.
Огонь можно разжечь только огнем.
Огонь с водой не уживается.
Одна искра целый аул сожгла.
Орел рождается только в горах.
Осел тогда лишь узнал, что он осел, когда его за ухо потянули.
От течения вода не убывает.
Оттого, что круп гладкий, не значит, что конь хороший.
Повадился кувшин по воду ходить, так и остался у реки.
Петушок, выведенный осенью, не стал петухом.
Покойник без савана не остался, невеста без выкупа не осталась.
Породистый птенец в гнезде петь начинает.
Если при падении чинары не слышно было треска - не будет слышно и после.
Реки без истока не бывает.
Сломается арба - дрова, падет вол - мясо.
Сорванное яблоко обратно не прирастает.
Состаришься - не помолодеешь, умрешь - не воскреснешь.
Состояние человека, поломавшего ногу, поймет тот, у которого ломалась нога.
Там, где не светит солнце, земля греть не будет.
Только война дает отпор войне.
Убежав от дождя, попал под водопад.
Ухватившийся за родиный хвост утонул, ухватившийся за конский хвост уцелел.
Хорошего коня раз хлестнешь кнутом - на год хватит.
Хоть в Мекку повези, острота чеснока не пройдет.
Яблоня родит только яблоко.
Любовь. Семья. Красота
Брат без брата - что сокол без крыла, сестра без брата - как хворостина голая.
В дурной семье умному достается много забот.
В недружной семье добра не бывает.
Гнев матери как снег - выпадет много, но тает быстро.
Жена кажется лучше чужая, конь - свой.
Когда вырастает красивая дочь, становится известным имя отца.
Когда предложили принести самую красивую вещь, ворона притащила своего неоперившегося птенца.
Красивая девушка и в старом платье хороша.
Красота - до вечера, доброта - до смерти.
Муж хорошей жены не будет плохо одет.
Не будет сына - не будет и крова.
Недружная семья - неравная война.
Неисправимый для своих - горе, для чужих - смех.
Обруч, не согнутый из прутика, не согнешь из жерди.
От кремня рождается искра, от достойного мужчины рождается достойный сын.
Отец хорош и из дерева, мать хороша и из войлока.
Скажи дочери, чтоб сноха слышала.
Смерть жены - смена постели.
Старая арба испортила дорогу, плохая жена испортила дом.
Сын женился - у матери спина согнулась, дочь замуж вышла - выпрямилась.
Та, что в нарядном платье, за меня не выходит, а ту, что в простом платье, я не беру.
У матери не бывает плохой дочери, у свекрови не бывает хорошей снохи.
У хорошего отца бывает плохой сын, у плохого отца бывает хороший сын.
У хорошего человека - плохая жена, у плохого человека - хорошая жена.
Хороший сын отцовское сердце радует.
Хороший сын - крепость, плохой сын - горе.
Хороший сын - сердце отца, плохой сын - горе отца.
Чем плохой сын, лучше хороший зять.
Что нравится, то и прекрасно.
Дом. Гостеприимство. Уважение к старшим
"Гость воды просит - значит не голоден, не просит - значит соблюдает пост," - сказала скупая хозяйка.
Гость гостя не любит, а хозяин - обоих.
Еда без остатка - еда не досыта.
Еды, приготовленной для троих, хватило четверым.
Если придет в гости дурной человек - хорошо накорми его, а хорошего достаточно угостить, чем сможешь.
Не возвратившаяся домой скотина исчезла, не оставив шкуры.
Если дома нет почета, не будет его и за стенами дома.
Когда бык напился воды, бычок доволен был, что лед слизнул.
Кто старшего не послушался, в большую яму упал.
Куда не заглянет гость, туда не заглянет и добро.
Пришедшего надолго не принимай, с пришедшим ненадолго не будь неприветлив.
Пришедший незваным ушел несытым.
Разговорами гостей не накормишь.
Угостишь чем богат - щедрость, ударишь чем попало - храбрость.
Хорошая лягушка в своем болоте живет.
Дружба. Братство. Товарищество
В дороге и палка товарищ.
Где есть согласие - там благодать, где нет согласия - зло.
Два врага под одной крышей не уживаются.
Достойный человек не бывает без друзей.
Друг из далекого края подобен сооруженной крепости.
Друг лучше старый, а шуба - новая.
Дружные кошки победили недружных волков.
Единство народа - несокрушимая крепость.
Если к тебе пришла беда - подними голову, если к людям пришла - опусти.
Если хочешь узнать человека, посмотри на его друзей.
Захочешь порвать дружбу - попроси луку седла.
Кто не уважает людей, того не уважают люди.
Когда напарник хорош, и мерин коня обгоняет.
Лучше сосед поблизости, чем родичи вдали.
Не завязывай дружбы с неиспытанным человеком.
Понимающий друг считается братом.
Ружье, направленное на людей, выстрелило назад.
Скотина, стоявшая рядом с ослом, заржала по-ослиному.
С хорошим другом можно ехать хоть на край света.
Чем жить без любви людской, лучше умереть.
Труд. Смекалка. Мастерство
Белые ручки чужой труд любят.
Где светит солнце - посей семена, где посеешь семена - там появится тень.
Гончар приделывает ручку кувшина, где ему захочется.
Если много поешь - и мед горчит.
Если прояснился центр неба - приготовь накидку (будет непогода), если прояснилась окружность - приготовь хлеб (готовься к работе, будет хорошая погода).
Если сломалась верхняя перекладина, переходи на нижнюю.
Живущий у реки знает брод.
И собачью кормушку при сватовстве выдают за медную.
И сытым не пускайся в путь без пищи, и в ясный день - без бурки.
Имеющий лошадь остался - имеющий седло уехал.
Имеющий тысячу друзей спасся - имеющий тысячу голов скота погиб.
Кто не любил корову, тот всегда мечтал о молоке.
Когда спросили, что хорошо, заяц ответил: "Увидеть собаку раньше, чем она увидит тебя".
Кошка, не доставши до сала, сказала, что у нее пост.
Лето копну поставило.
Не бойся зимы, за которой идет весна - бойся осени, за которой идет зима.
Не сделаешь за день то, что должен сделать - будешь целый год мыкаться.
Не заработанное своим трудом кажется легковесным.
Не ищи скота - ищи траву.
Горячую кашу кушать тоже нелегко.
Не обжигая шампура, не изжаришь шашлыка.
Не преодолеешь гору, не закрепишься на ровном месте.
Не хватайся за отцовскую бороду, но если схватишь, не отпускай.
Один летний день зимний месяц кормит.
Пролежавший лето пробегал зиму.
"Просить" - раб, "дать" - князь.
"Пусть медведь с волком дерутся, а кувшин масла я съем", - сказала лисица.
Рыскающая лисица победила лежавшего волка (любившего лежать, ленивого).
Сказанное при пахоте нашлось при жатве.
Терпенье - стан победы.
Тихому не верь, быстрого не бойся.
Трудись, будто никогда не умрешь, будь добрым с людьми, будто завтра умрешь.
У пастуха, боявшегося волка, стадо не увеличивалось.
У рано поднимающегося пастуха овца двойню родила.
Цени, что имеешь - так и богатство множится.
Что имеется на дне котла - шумовка знает.
Чем просить, почетнее стать пастухом.
Что получено от отца и матери, съедается без благодарности.
Слово. Речь. Молва
Вежливость из раба сделала князя, плохой нрав из князя сделал раба.
Говорить много - серебро, а молчать - золото.
Даренному другом коню в зубы не смотрят.
Для еды бери яблоко, для вкуса - грушу, а сливу - откуси да выбрось.
Доброе слово гору с места сдвинуло.
Доброе слово посчитали милостыней, плохое слово - грехом.
Если сказанное - серебро, то не сказанное - золото.
И про самого красивого человека сказали, что у него шея длинная.
Каша лучше болтовни.
Кто говорит лишнее, пусть живет, чтобы иметь возможность говорить и нелишнее.
Ласковое слово змею из норы выманило.
Легко быть плохим, трудно быть хорошим.
Не знаю - одно слово, знаю, видел - тысяча слов.
Не обдумав - не говори, а если уж сказал - не отступай.
Не сдержишь слова, не сдержишь и клятву.
Рана от шашки зажила, рана от языка - нет.
Ружье убило одного, а язык - тысячу.
Скверная ворона скверно и каркает.
Слово "не знаю" дороже золота.
У плохого слова, как у хорошего коня, бывает алюр.
У труса речь бывает красивой, а душа - грязной.
Что на уме - выскакивает на язык.
Ученье. Ум
Богатством ума не купишь.
Женский ум короче лягушиного хвоста.
Когда голова пуста, страдают ноги.
Кто умеет ходить - тому вниз по склону, кто не умеет - тому в гору.
Небо светло - могила темна.
Незнакомое дело заводит на неправильный путь.
Оттого, что большая голова, ума много не бывает.
Слушать сплетни - болезнь, не слушать - лекарство.
Умному весь мир родина.
Ум глупого человека - молчание.
Ум женщины в глазах, но не в сердце.
Умного и вода не унесла, и огонь не сжег.
Духовенство
Когда мулла дал милостыню, черт на зурне заиграл.
Когда обнажилось темя женщины, гром загремел.
Кто смолоду стал набожным, того черт попутал.
Мулле взятку дали - и овчарку на кладбище разрешил похоронить.
Мулла, погнавшийся за двумя милостынями, остался ни с чем.
Шейх любит молоко, а мюрид - шейха.
Правда. Правдивость. Честность
Грязного не смоешь и водой, чистого не прожжешь и огнем.
Запачкался - не жалей воды.
Лучше перепел в руках, чем осенью олень.
На время кривда лучше, а навсегда - правда.
Счастье. Торе, неудача. Несчастье
Несчастье за порогом не несчастье.
Спасаясь от воды, попал под мельницу.
У несчастного и краешек тюфяка изорвался.
Храбрость. Смелость. Решительность
Бродячий пес без удара палки не останется.
Глаз боязлив, рука храбра.
Когда смерть грозит - и мышь кусается.
Кто думает о последствиях, не может быть храбрым.
Отступать перед неизбежным поражением - это не трусость.
Попадешь туда, где работают - работай, попадешь туда, где едят - ешь.
Сильный кабан хвостом корень лопуха вырвал.
Осторожность. Предусмотрительность. Бережливость
Боровшийся необдуманно без удачи погиб.
В бесплодное дерево палкой не швыряют.
В каком ауле ночь застанет - там и заночуй.
Если бы я знал, что мать умрет, я бы ее за мешок соли продал.
Если вол не будет худым, семья не будет жирной.
Если ты на улице уголь, дома будь угольком.
Если ты лисица, то я лисий хвост.
Кузнец работает щипцами, чтобы не обжечь руку.
Кто знает, что будет завтра, тот преуспевает.
Кто раньше мельницу попросил, тот и смолол.
Кто удержался от соблазна, тому краснеть не придется.
Мужчина не мужчина, если у него нет трех тайн даже от родного брата.
Не в такт не становятся на носок.
Не посмотревши вперед - не делай шагу, не оглянувшись назад - не молви слова.
Не потребуешь того берега, не получишь этого.
Не успел вымолвить палас, как его обозвали рванью.
Откуда не дует ветер, не ставь туда веялку.
Осторожный кабан кукурузы не поел.
Переселение - разорение.
Пока слово не вылетит - оно твой раб, вылетит - ты его раб.
По ковру и ноги протягивай.
После кражи коровы засов не закрывают.
Раз споткнулся - споткнешься семь раз.
Ранняя смерть лучше позорной жизни.
Расчет верен не перед уходом, а после возвращения.
С воем рыскавший волк оленя не поймал.
С огнем не шути, воде не верь.
Станешь гордой овцой, а волки тут как тут.
Ссора - не каша с пахтой.
Сумасшедший уступил дорогу пьяному.
Съеденное - сила, наваленное на спину - груз.
То, что тебе нужно будет завтра, надо знать уже сегодня.
Нетерпение душу взяло, терпение гору взяло.
Хвали мерина, а садись на коня.
Чем больше прислушиваешься, тем больше шуму.
Лживость. Коварство. Двуличность
В яму, вырытую для других, попадешь сам.
Давший быка на убой не выпросил и печень на жаркое.
Если даешь не от жалости, для бахвальства - давать не следует.
Захочешь много - получишь мало.
Зуб, скрежетавший на сноху, укусил сына.
Ищущий зло не избавится от плохого.
Кто чужую козу съел, у того голова горит.
Кто не боится чужого зла, тот не радуется своему добру.
Месть стареет, но не забывается.
Мне кудахчешь, а соседям яйца носишь.
На лжи город не построишь, но беду наживешь.
Настоящий вор говорит смеясь, хитрая и кокетливая женщина говорит со слезами.
Обращайся с мужем нежно, но тайком саван готовь.
Подведешь другого - пострадаешь сам.
Слепой в чужом глазу бельмо заметит.
Хитрую женщину никто не разоблачит.
Трусость. Глупость. Пустословие
Болтуна на рыбную ловлю не бери.
Скорая вода до моря не доходит.
Впервые разбогатевший днем свечу зажег.
Глупый человек, разбогатевши, заводит вторую жену.
Девушка, расхваленная матерью, не поднялась в цене.
Если голова бездумная, плачут глаза.
Женщины шерсть стирали, а лисица выстирала свой хвост.
Имеющий двух жен не нуждается в собаке.
Кинжал, обнаженный глупцом, опаснее кинжала храбреца.
Когда проголодаешься - кажется, что никогда не насытишься, когда насытишься - кажется, что никогда не проголодаешься.
Кто боролся против села - остался без дома, кто боролся против царя - остался без головы.
На неисправимого слова не действуют.
Не осмелившийся ударить коня, ударил седло.
Не умеющий жить всегда говорит о прошлом.
Низкий человек всегда самолюбив.
Осел, обозвавший другого ослом, в пропасть упал.
Плохое наследие хороших предков хвалит.
Побывавший на мельнице переспорил побывавшего на войне.
Пустили осла на траву - забрался в репейник.
Собака пускается вплавь, когда вода попадает под хвост.
Собаку, лаявшую впустую, волк утащил.
Старик попробовал ребячиться, да умер с натуги.
Увидевший летом змею, зимой боялся веревки.
У кого сердце бесплодное, у того язык плодовит.
У своих ворот и петух храбр.
Хваленный хозяином конь не перегонит.
Холм, на котором стоишь, кажется высоким.
Храбрость дома - трусость среди людей.
Что сделано легкомысленно, легко не кончается.
Воровство. Лень. Нерадивость
Вор вора знает.
Вора обворовали - и бог засмеялся.
Долю опоздавшего съела кошка.
Из яиц, снесенных на языке, яичницу не изжаришь.
Кто возился с дровами, тот возился и с золой.
Кто летом потеряет один день - зимой потеряет десять.
Кто не хочет пасти скот, тот не захочет и работать с лопатой.
Кто откладывал дела на завтра, тот жил с жаждой желанного.
Кто поленился жать свою пшеницу, тому пришлось добывать камень для других. Кто с копейкой не считается, тот сам копейки не стоит.
Летом лень - зимой мука.
Летом не поработаешь, зимой котел не закипит.
Лодырь и умывается долго.
Сегодня украл курицу - завтра захочет украсть лошадь.
Стал бедняк чужое добро считать - керосин в лампе кончился.
Только вор поможет вору.
Разное
Бесполезно числиться в списке, если на лугу не имеешь дом.
Бравый пьет водку, а гусь - воду.
Взбесившийся конь на кол наткнулся.
Волк, состарившись, охотится за кузнечиками.
Высокой чинаре - всегда ветер, молодцу - всегда упреки.
Звуки дальней зурны приятнее.
Дважды сказанное и на мельнице услышали.
Здоровый не знает состояния больного.
Кошке - забава, мышке - смерть.
Кто ест соль, тот и воду пьет.
Не будь сладким, как плод - кто ни подойдет, съест.
Не знаешь, кто кинул камень, кто - грушу.
Нет ничего дороже доверия.
Ненастный день сменится ясным, но плохой человек не станет хорошим.
Не старайся всегда для себя как мотыга, не старайся всегда для других как тяпка, будь с людьми и так и сяк как пила.
Неуважение к людям есть неуважение к себе.
Не трудно пережить бедность, трудно пережить богатство.
Один год и заячьи чувяки выдержали.
Ожиревший осел с обрыва упал.
Осел - не богатство, солома - не корм, сыворотка - не милостыня.
Осел сам ношу тащит, сам и съедает.
Оттого, что однажды надо драться, не будь вечно злым.
Плохой конь - помеха хорошему наезднику.

 

Театр
В начале 20-х годов XX века сложились благоприятные условия для развития культуры народа. Важнейшей задачей было создание чеченской массовой письменности, уже в 1923 году в газетах начали печататься стихи, рассказы, очерки. И вполне закономерным явлением на этом фоне было появление в молодой чеченской литературе драматургии. В Чечне организовываются самодеятельные кружки, которые дают толчок возникновению и развитию драматической литературы.
Первый постоянно действующий драматический кружок в Чечне был организован в 1928 году большим любителем сцены Магомедом Яндаровым из слушателей областных курсов низовых работников. В помещении курсов была устроена примитивная сцена, здесь М. Яндаров репетировал с самодеятельными артистами свои пьесы, а также пьесы драматургов Д. Шерипова, И. Эльдарханова, С. Бадуева. Кружок примерно два раза в месяц показывал спектакль. В то время М. Яндарову помогали Д. Шерипов, Н. Мосиенко и другие энтузиасты.
1 мая 1931 года на базе этого драматического кружка была открыта студия Чеченского национального театра, первым директором которой стал М. Яндаров. В студию было набрано 45 человек, в основном из художественной самодеятельности, из них 9 женщин. Как бы ни смотрели на это сегодня, по тому времени это была целая революция: впервые в истории Чечни женщина выступала вместе с мужчиной на сцене театра. Многие из студийцев оставались неграмотными, большинство - малограмотными. Они почти не знали русского языка, поэтому для них была разработана специальная программа, рассчитанная на два года. Кроме основных занятий по искусству, студийцы изучали национальный вопрос, вопросы государственного строительства и другие.
Одновременно студийцы продолжали выступать со спектаклями в районах Чечни и в городе Грозном. Национальный театр-студия с самого начала своей творческой деятельности самым тесным образом связал себя с задачами обновляющейся жизни в Чечне.
Театр сразу же завоевал широкую популярность. В одном из номеров за 1933 год газета "Известия" писала о деятельности чеченского театра: "Театр работает чрезвычайно напряженно: выезжая для постановки в аулы, он продолжает оставаться студией, обучающей актеров грамоте и театральному мастерству. Ищет пути показа зрелища без боковых декораций, мешающих зрителю, он пытается приспособиться к условиям аула, когда негде поставить подмостки и негде поставить зрителей. И уже в аулах молодежь, девушки приходят к актрисам и спрашивают, как им уйти из аула и попасть в театр. Они решаются на это, не боясь проклятий своих матерей".
В газете "Грозненский рабочий" 25 июня 1933 года сообщалось: "Театр разъезжал по аулам. Сегодня его видели на верхнем Тереке, через неделю он спустился к Старому-Юрту, а через две - играл где-нибудь в предгорной Шалинской зоне...
На спектакли стекалось большое количество зрителей, гораздо больше, чем могут вместить небольшие аульные школы. Они располагаются во всех положениях: сидя на полу, стоя, на скамейках, поддерживая друг друга на плечах. Такой тяги к театру, тяги к культурному зрелищу не увидеть нигде".
15 июля 1933 года в торжественной обстановке студийцы чеченского театра показали свой дипломный спектакль по пьесе С. Бадуева "Красная крепость", посвященный событиям гражданской войны в Чечне.
С того дня студия стала называться Чеченским государственным драматическим театром. Студию окончило 23 человека. Среди них Асет Исаева, Шамсуддин Кагерманов, Баудин Эльмурзаев, Асет Ташухаджиева, Исмаил Ибрагимов, Тута Алхазов, Вера Ткачева и другие. Некоторые из первых актеров национального театра до последнего времени выступали на его сцене: заслуженные и народные артистки республики Т. Алиева, А. Ташухаджиева, З. Исакова и многие другие.
Вместе с театром развивалась драматургия. Выдающаяся роль в развитии театра и национальной драматургии принадлежит основоположнику чеченской советской литературы Сайду Бадуеву. Вся его творческая деятельность с момента зарождения студии была тесно связана с театром и его коллективом. Собственно говоря, театр жил на его пьесах. Менее чем за десять лет творческой деятельности С. Бадуев создал 15 оригинальных пьес. Национальный театр испытывал большие затруднения в создании репертуара из-за отсутствия произведений своих драматургов. Бадуев в этом отношении оказывал незаменимую помощь: писал пьесы всех жанров, разрабатывая многие актуальные проблемы жизни народа, его прошлой истории и современности. Его перу принадлежат такие сценические произведения, как "Закон отцов", "Горы меняются", "Красная крепость" и другие. Классической стала пьеса "Петимат", которая до последнего времени не сходила со сцены национального театра.
С объединением в 1934 году Чеченской и Ингушской областей в единую область театр стал называться Чечено-Ингушским, хотя пьесы на его сцене шли только на чеченском языке.
В развитии чеченской литературы большую роль сыграла русская литература, что выражается в творческом освоении ее богатого опыта как путем знакомства с оригинальной литературой, так и переводами на родной язык.
Значительная роль в становлении Чеченского театра принадлежит братской Грузии. В 1934 году Грузинский ЦИК и Чеченский облисполком заключили договор, по которому старейший грузинский академический театр имени Шота Руставели взял шефство над молодым, начинающим творческий путь коллективом Чечено-Ингушского драматического театра. В порядке шефской помощи из Тбилиси в Грозный был командирован талантливый театральный работник Арчил Чхартишвили, позже народный артист Грузинской ССР, главный режиссер театра имени Шота Руставели.
А. Чхартишвили пришел на должность художественного руководителя и сделал очень много для его становления. Тогда же театр имени Ш. Руставели открыл специальную студию для подготовки творческих сил Чечено-Ингушского театра, которую к маю месяцу 1936 года окончили 19 человек.
На сцене национального театра зритель имел возможность познакомиться не только с национальной драматургией, но и с мировой классикой, пьесами драматургов многих народов бывшего СССР.
На чеченский язык были переведены такие пьесы, как "Овечий источник" Лопе де Вега, "Коварство и любовь" Шиллера, "Слуга двух господ" Гольдони, "Лекарь поневоле" Мольера, "Женитьба" Гоголя, "Платон Кречет" Корнейчука, "Горцы" Фатуева, "Храбрый Кикила" Тамрекели и Нахуцрашвили и другие. Причем переводные пьесы пользовались огромным вниманием у зрителя. Таким образом, шло приобщение горца к лучшим достижениям мировой драматургии.
Появились истинные энтузиасты национального театра, оказывавшие ему всяческую помощь. В разные годы в национальном театре работали А.А.Туганов (художественный руководитель), Мамед Алили (режиссер), Л.А.Леонов (балетмейстер), художники Ираклий Гамрекели, Э.А. Бернгард, композиторы Г. Мепурнов и А.А. Александров, режиссеры В.Э.Вайнштейн и М.Г.Минаев, народный артист СССР В.В.Меркурьев и многие другие.
От спектакля к спектаклю росло сценическое мастерство актеров, раскрывались их творческие возможности. В 1937 году в театр пришел первый режиссер-чеченец с высшим специальным образованием. Это был молодой выпускник ГИТИСа Гарун Батукаев. Приход в театр режиссера, знающего язык, быт, традиции народа, культурный уровень и запросы зрителя, имел большое значение. Вскоре это сказалось на качестве спектаклей.
Журнал "Театр" писал: "Приезжая в Грозный, неожиданно увлекаешься блистательным спектаклем "Храбрый Кикила" в Чечено-Ингушском национальном театре. Спектакль, поставленный режиссером Гарун аль-Раажд Батукаевым, пленяет как красивая песенка, и недаром он так популярен далеко за пределами города, в горных аулах республики." (Театр. 1940, N8, с. 79)
Знаменательным событием в жизни национального театра явилось открытие в 1938 году Чечено-Ингушской театральной студии при ГИТИСе.
В 1940 году Т.Батукаеву, В.Вайнштейну, Б.Ильясову, О.Горчханову, Я.Зубайраеву, И.Ибрагимову было присвоено почетное звание заслуженных артистов ЧИАССР. Позже некоторые актеры стали народными артистами республики.
Серьезным экзаменом на творческую зрелость театра и драматургии стала Великая Отечественная война 1941-1945 годов. Чечено-Ингушский театр немедленно перестроился на военный лад, поставив себя на службу справедливой борьбе народа с фашистскими захватчиками.
Национальный театр находился на казарменном положении. Из творческого коллектива было организовано три бригады по художественному обслуживанию митингов, собраний в клубах, на избирательных участках, в войсковых частях и госпиталях. В составе бригад были ведущие артисты театра, филармоний, государственного ансамбля песни и танца, такие мастера сцены, как М. Эсамбаев, А. Хамидов, Я. Зубайраев, Т. Алиева, А. Исаева, А. Садыков, В. Дакашев и другие. В программах бригад - скетчи, антифашистские стихи, песни и пляски.
Артистические бригады дали несколько сот спектаклей и концертов для трудящихся республики, в действующей армии, в отдаленных горных аулах, порой перетаскивая свой театральный реквизит на собственных спинах. Все работали с исключительной активностью. Популярность театра была огромной. Так, с 15 июля по 10 августа 1941 года бригады артистов дали пятьдесят три концерта, обслужив более тринадцати тысяч человек.
Театр также успевал выступать с концертами, сборы от которых были переданы на постройку эскадрильи "Советский артист" и в пользу военных госпиталей. Многие актеры театра ушли на фронт и погибли в борьбе с фашизмом.
Второе рождение пережил театр в конце пятидесятых годов, после восстановления автономии народа и его возвращения на родину. В него вернулись старые актеры, росшие вместе с ним с первых лет зарождения, их ряды пополнила талантливая высокообразованная, культурная молодежь, многие из которой окончили национальную студию Ленинградского театрального института имени А. Островского.
Вместе с такими известными актерами, как Я.Зубайраев, А.Хамидов, А.Исаева, Х.Мустапасва и другими, в театре рука об руку стали работать молодые таланты А.Дениев, З.Багалова, Ю.Идаев, Д.Омаев и многие другие.
В 1974 году в театр влилось новое поколение актеров - выпускники Чечено-Ингушской студии ГИТИСа Х.Азаев, З.Радуева, А.Джамаев и другие. Состоялись выпуски актеров для национального театра в других известных вузах страны.
Как замечательные мастера своего дела зарекомендовали себя режиссеры М.Солцаев, Р.Хакишев.
В то же время значительные успехи делает и чеченская драматургия. Не сходят со сцены пьесы "Асланбек Шерипов" Х.Ошаева, "Бож-Али" А.Хамидова, пьесы У.Ахмадова, С.Гацаева.
Пьеса А.Хамидова "Бож-Али" была переведена на многие языки и поставлена в республиках бывшего СССР.
На сцене Чеченского драматического театра увидели свет рампы пьесы ингушских, русских, азербайджанских, дагестанских, грузинских, осетинских, узбекских и других авторов.
Заметным явлением в чеченском сценическом искусстве стали пьесы мировой классики - "Отелло" и "Ромео и Джульетта" В.Шекспира, "Кровавая свадьба" Г.Лорки, мастерски поставленные М.Солцаевым, Р.Хакишевым и блестяще сыгранные актерами театра.
Дружный, талантливый коллектив театра и сегодня в движении. Идет обновление репертуара, устанавливаются связи с молодыми драматургами. Театр уверенно выходит из кризиса, вызванного ломкой общественных отношений, вхождением в рыночные отношения.

 

 

Если нашли ошибку в тексте выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ОБСУЖДЕНИЕ

Комментариев нет
Картина дня? Картина дня
Румен Радев вступил в должность президента БолгарииРумен Радев вступил в должность президента Болгарии
В мире
Охранника «Газпрома» обокрали на 200 тысяч рублейОхранника «Газпрома» обокрали на 200 тысяч рублей
В России
 В Грозном обсудили перспективы развития сотрудничества между  Россией и Республикой Черногория В Грозном обсудили перспективы развития сотрудничества между  Россией и Республикой Черногория
Власть и политика
Сотрудники Минздрава Чечни встретились с представителями международной организации "Медесан сон фротиер" Сотрудники Минздрава Чечни встретились с представителями международной организации "Медесан сон фротиер"
Спорт и здоровье
МЧС РФ по Чечне призывает не выходить на лед МЧС РФ по Чечне призывает не выходить на лед
Происшествия
Жителям чеченского села сообщили о частых причинах пожаров зимойЖителям чеченского села сообщили о частых причинах пожаров зимой
Общество
Фотография из
Идет загрузка картинки...
Добавлено:
Просмотров: