доллар    57.53 $
евро 67.58 €
24 октября, 07:18
+7 в Грозном

Господь мой превыше всего!

24 мая в 10:30 (2010 г.)
Как-то мне попалась на глаза книга местного автора (профессионального скульптора) с интригующим названием «Божественный первородный язык». Впоследствии я имел возможность убедиться, что книга, затронутая в ней тематика и личность самого художника весьма интересны. Набрал в интернет-поисковике «скульптор Ахмадов Саламбек». Первое, что я увидел на экране своего монитора, на Российском сайте ArtLib.ru – скульптуру шейха Мансура. В целом скульптурное изображение мне понравилось, хотя цена на него, как мне показалось, была способна шокировать. Посмотрел и другие работы.  Признаюсь, мне захотелось познакомиться с их автором ближе. Когда мы, наконец, встретились, я спросил, почему он оценивает свои работы столь высоко, рискуя остаться без средств к существованию?
Художника не смутил мой вопрос, и он ответил на него вопросом:
– А во сколько бы Вы оценили бронзовый бюст действующего Президента Чеченской Республики?
Признаюсь, я не знал, что ему ответить.
Слегка усмехнувшись, он сказал, что хотя сумма в миллион долларов для него, как и для большинства людей, является огромной, политика обязана стоить дороже, ибо личности, которых мы выбираем в качестве лидеров нации, изначально имеют известный политический вес. Все, что мы связываем с этими личностями, тем более в искусстве, не должно иметь низкую цену.
Надо сказать, что не все работы художника имеют такую высокую стоимость.
Есть и такие, которые вполне по карману скромному служащему.
Однако, к примеру, скульптурное изображение Шейха Мансура или конная статуя абрека Зелимхана должны стоить, по мнению художника, не менее чем $1 млн, ибо речь идет о национальных героях Чечни, чьи изображения и память о которых дороги всему нашему народу.
Я задал вопрос художнику: «А какая из работ, по Вашему мнению, самая дорогая, если отбросить политику и оставить чистое искусство?»
Ахмадов: – …А где вы видели искусство без политики?
Миру были известны примеры, когда произведения искусства уходили с аукционов по невероятно высоким ценам. «Подсолнухи» Ван Гога, оцененные в $45 млн, – это искусство или политика? Или астрономическая сумма, назначенная за черный квадрат Малевича, смысл которого и сегодня ни один здравомыслящий человек не в состоянии объяснить?

Корр: – Я не могу однозначно ответить...…
Ахмадов: – А что бы Вы сказали, если бы узнали, что среди моих работ есть произведение, оцененное мною в $999млн».

Корр: – …Вы шутите!
Ахмадов: – Никоим образом!
Художник подводит меня к работе, которой он, по всей видимости, весьма дорожит.
На вид она не очень то и впечатляет. Похожа на какой-то иероглиф, но если внимательнее присмотреться, начинает четко просматриваться стилизованная фигура молящегося человека. Все линии совершенны, изящны, гармоничны.
– Перед Вами кабинетного размера скульптура, высотою не более 16см, в стиле модерн, – говорит Ахмадов. – Однако в реальности она должна быть выполнена из драгоценного и редкого металла – отполированный до зеркального блеска и без единого изъяна исполин высотою 9 метров.
Монументальная скульптурная композиция, смысл которой в самом ее названии, – «Господь мой превыше всего!»

Корр: – Вы мечтатель!
Ахмадов: – Возможно, однако, я думаю, что мысль, воплощенная в этом художественном произведении, заслуживает самого драгоценного материала, разумеется, с точки зрения верующих людей! А как Вы считаете?
Признаюсь, я опять был застигнут врасплох его вопросом и не знал, что ответить, хотя прекрасно понимал, что ответ «нет» означал бы, что свою веру я поставил ниже ценностей материального мира!
Я, как и положено всякому истинно верующему человеку, независимо от его вероисповедания, должен был признать, что такая мысль не вызывает у меня противоречий, ибо деньги рядом с таким художественным произведением, за которым просматривается высокая нравственно-философская концепция, есть ни что иное, как обыкновенный мусор!
Далее скульптор отметил, что представители основных религиозных конфессий мира, возможно, с интересом отнеслись бы к идее подобного идеологического и политического масштаба, призванной консолидировать людей различных национальностей. А уменьшенная копия монумента могла бы стать символом международной премии, вручаемой выдающимся людям планеты за вклад в теологию и духовное развитие человечества.

Корр: – Вы не боитесь, что Вашу идею могут, что называется, позаимствовать после того, как Вы опубликуете изображение данной работы?
Ахмадов: – Я убежден, что публикация нашей сегодняшней беседы с фотографией будущей монументальной скульптуры «Господь мой превыше всего!» в вашей газете и будет являться частичной гарантией моих авторских прав.

Корр: – У Вас есть сомнения в возможности осуществления проекта, ведь он весьма дорогостоящий?
Ахмадов: – Без поддержки правительства России и Чеченской Республики реальность его воплощения под большим сомнением! Предполагать, что найдется человек, который выложит астрономическую сумму, на мой взгляд, – несерьезно, это должен быть именно государственный проект! Что касается стоимости проекта, то она вытекает из его значимости для мировой общественности.

Корр: – Вы назвали своего сына именем Иисуссе – это как-то связано с Вашей книгой, которую Вы привезли в республику в 2008 году?
Ахмадов: – Вы правы, смысл имени моего сына и содержание моей книги «Божественный первородный язык» тесно взаимосвязаны. Ни один народ на земле не имеет в своей лексике слово «Иисус», за исключением вайнахов. Именно в этом имени сокрыта слава древнего народа.

Корр: – О чем говорится в Вашей книге?
Ахмадов: – Она посвящена историческим корням чеченского народа и представляет интерес не только как научное изыскание в сравнительной лингвистике, истории, религии, философии, но и как новое слово в изучении сакральных текстов с точки зрения их трансцендентальных смыслов, делающее понятными события прошлого и дающее ключ к пониманию будущего.

Корр: – Вы сказали, что Вами подготовлен второй том книги «Чеченский след в мифах и легендах Древней Греции». Почему эта книга до сих пор в электронном виде?
Ахмадов: – Сегодня я стеснен в средствах и не отказался бы от помощи спонсоров при ее издании. Кроме того, считаю преждевременным выкладывать работу в интернете, пока проект не будет реализован в достойном качественном печатном варианте.
Корр: – Вы участвовали в объявленных республиканских конкурсах по созданию памятников?
Ахмадов: – Существует уже законченный проект – одна из лучших работ, которую мне удалось создать на протяжении всей творческой жизни. Посвящен он памяти жертв политических репрессий 1944г. Этот памятник может быть весьма скромным по размерам, но по своему содержанию не уступает иным колоссальным сооружениям. Вкратце это выглядит так: надпись «1944 год» как бы вырезана штыком на земле перед кинжалом, лежащим на краю брошенной бурки. Сквозь рваные края надписи должно пробиваться пламя, бросающее красные отблески на могильные камни – чурты, окружающие монумент. Есть также идеи, посвященные подвигу наших земляков – защитников Брестской крепости.

Корр: – Не жалко времени, потраченного на осуществление своих художественных изысканий?
Ахмадов: – Изобразительное искусство всегда было и будет носителем и хранителем исторической правды. Одно то, что Президент ЧР надел на себя одежду наших предков – черкеску, – говорит о многом и вселяет в мое сердце уверенность, что будущее у Чечни есть. Все же остальное – трудности жизни, которые наш народ терпеливо и стойко преодолеет, как делал до сих пор не раз.

Руслан АБДУЛАЕВ
 

{mosloadposition user9}

Если нашли ошибку в тексте выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ОБСУЖДЕНИЕ

Комментариев нет