доллар    56.7 $
евро 63.36 €
29 мая, 12:42
Погода в Грозном +22 в Грозном

Жизнь – река, память – камни в ее русле…

20 июля в 09:19 (2010 г.)
20.07.2010 /09:19/ - В тот год, когда началась Великая Отече- ственная война, мне исполнилось пятнадцать, - вспоминает сегодня Мухади. – По тогдашним меркам, уже вполне самостоятельный парень, я работал в колхозе здесь же, в Больших Варан- дах. Приходилось и чабановать, и на сенокосе работать. …Горцы тогда помогали фронту, чем могли – в основном, продовольствием, шерсть поставляли. Трудились для Победы. Но говорить об этом будут много позже. И Президент Российской Федерации поздравит Мухади, отметив его самоотверженное служение, тоже много позже. А тогда, в предпобедном сорок четвертом году, Ро- дина «отличится» перед чеченцами совсем в другом… - Солдат в Шатойском районе, в том числе и у нас, в Больших Варандах, разместили заблаговременно, - вспоминает Мухади. – К нам, например, в дом на постой определились командиры. Военных в селе приняли хорошо – тогда шла война, сражались с фа- шистами, нам говорили, что солдаты в селе отдыхают. Люди ничего не подозревали, потому весть о выселении пришла неожиданно – неожиданно для чеченцев. Семья Зайпулаевых - Мухади, два его брата, сестра, отец Махмуд и Дуга, мама. Им ничего не дали увезти с собой – только то, что было в руках. Всех варандойцев согнали в низину, «кто говорил – не поеду, тех расстреливали на месте», вспоминает старейшина. Расстреливали те же самые солдаты, которые жили в селе… - Военные были буквально беспощадны, - говорит Мухади. – У них были пятизарядные винтовки… стреляли даже за попытку поднять камень с земли… Для передвижения депортируемых был даже спе- циально проложен мост через Аргун, далее людей по- гнали на Шатой, там загрузили в машины и отправили на вокзал в Грозный. Телячьи вагоны уже ждали… В пути люди начали умирать. Брат Мухади - Алау- ди тоже умер во время выселения. Умерших просто закапывали в снег, в вагон занести не давали. Так чеченцы доехали до Казахстана. - По приезду на место, в Кустанайскую область, нас определили в селение Джансолт. Сталинская про- паганда работала и местных жителей заблаговременно предупредили, что, мол, «к вам едут чеченцы, они людей убивают и едят», и люди нас поначалу опаса- лись, - говорит старейшина. – Тем не менее, условия нам были созданы вполне приемлемые: жилье, дрова для отопления. Чеченцы оказались людьми неопасными и работя- щими – и пришлись ко двору среди казахов, тем более, что местные мужчины почти все были на фронте, и лишние рабочие руки были кстати. - Когда начинался сев, и женщины делали борозды, я был нарасхват, даже конкуренция была, - улыбается Мухади. В депортации Мухади женился, и когда ехал об- ратно, у него было уже полдесятка детей. Зайпулаевы возвращались из депортации вторым этапом. И я никогда не забуду слова, сказанные ста- рейшиной по поводу этого возвращения. - Одной из первых наша семья вернулась тогда в Большие Варанды, - вспоминает Мухади. – Во всем селе уцелевших было только два дома – остальные были разграблены и разрушены. Разрушен был и наш дом… Когда пришел вечер, мы улеглись на истанги, постеленные прямо на голой земле рядом с развали- нами родного дома – и впервые за долгие годы уснули спокойно... Вернувшимся варандойцам не дали никакого строительного материала, ничем не помогли – свои дома восстанавливали на голом энтузиазме. Как и после двух последних войн… Вновь погружаясь в память, в пережитое, старей- шина умолкает. А я думаю о том, что все же наша жизнь – река, а память – камни в ее русле, которые поток воды хотя и обкатывает с годами, но стереть совсем не может… Я не решаюсь расспрашивать старейшину дальше, а потому беседу со мной продолжает уже юртда села Арби Баматкириев. - Те два сохранившиеся в депортацию дома пережили, кстати, и две военные компании, - говорит Арби. – И наше счастье, что сегодня в селе есть такие старейшие жители, как Мухади – мудрые, не по годам активные, эти люди - наша гордость и ценность. Они знают то, чего не знаем мы. Они знают, как говорить с молодежью, и молодые прислушиваются к их словам, уважая за достойно прожитую жизнь. Сегодня у Мухади Зайпулаева – девять взрослых детей (еще двое умерло в годы «контртер опера- ции» – Дала гечдойла царна!) и около сотни внуков и правнуков. …И еще об одном мы спросили у Мухади на про- щание - какая память сохранилась у него о казахском народе? И как тхьамда – а именно такой сегодня статус у Мухади Зайпулаева в селе - относится к дружбе на- шего Президента Рамзана Кадырова с Нурсултаном Назарбаевым? - Если бы сегодня я встретил любого из тех казахов, с которыми я познакомился в высылке, я назвал бы его братом, - говорит старейшина. – А оба Президента – чеченский и казахский – весьма достойные люди, которые заботятся о своем народе. Оба они достойны этой дружбы. Марем НОХЧИЕВА

{mosloadposition user9}

Если нашли ошибку в тексте выделите ее и нажмите Ctrl+Enter

ОБСУЖДЕНИЕ

Комментариев нет