В истории чеченского народа немало трагических дат и одна из них - 23 февраля. В этот день в 1944 году началась репрессия чеченцев и ингушей с территории Чечено-Ингушской АССР в Среднюю Азию. В ходе операции «Чечевица», проведенной силами НКВД, НКГБ и «СМЕРШ» под общим руководством наркома внутренних дел Л.П. Берия, были вынуждены покинуть свои дома почти 500 тысяч человек.

В канун этой трагической для вайнахов даты редакция ИА «Чечня Сегодня» не могла пройти мимо фотографии, которую, наверное, видел каждый житель Чеченской Республики.

Этот кадр запечатлел известный чеченский фотограф и журналист Муса Садулаев. Мало кому известно, что на снимке мать автора снимка - Масара Муртаева.

Муса Садулаев рассказал нашему агентству о том, какие тяготы пережила его мама, будучи подростком.

- Каждый год в этот трагический день моей маме становилось плохо, - говорит М. Садулаев. - Она могла часами рассказывать о том ужасе, который пришлось пережить ей со своим народом. В центре Грозного когда-то располагался мемориал памяти репрессии вайнахского народа. Он состоял из могильных плит (чурт), использованных советской властью как строительный материал после высылки чеченцев и ингушей. У меня была задумка сделать фото моей матери во время снега в центре этого мемориала. 

По словам фотографа, реализовать свою идею ему удалось 22 февраля 2009 года. Шел мокрый снег, как и 23 февраля 1944 года, его мама плача делала дуа погибшим от голода и холода в далекой чужбине. Вина тех, чьи имена были вырезаны на этих плитах лишь в том, что они родились чеченцами и ингушами. 

По словам автора повествования, когда семью Масары Муртаевой репрессировали в Казахстан ей было около 14 лет. 

- Жили они в селе Центорой. Мама училась в школе. Жили бедно, можно сказать, впроголодь, как жили почти все в то время, - вспоминает М. Садулаев. - Мама рассказывала, что у нее не было обуви, и купить ее было не на что, даже на еду не хватало. Поэтому она перестала посещать школу в родном селе. В один из дней к ним пришел председатель сельского совета и заявил, что за непосещение ею школы он в качестве штрафа забрал швейную машинку. Это был серьезный удар для семьи, так как швейная машина не раз выручала их.

Бабушка Мусы в те непростые годы иногда шила на заказ. Это был хоть и скудный, но все-таки заработок. Да и всю семью она тоже обшивала. Бабушке пришлось долго умолять председателя сельсовета, чтобы он не забирал машинку. Ее супруга в то время не было дома. Он был механизатором, и его командировали на машинно-тракторную станцию, которая находилась в райцентре. Узнав о случившемся, отец Масары Муртаевой приехал домой. Он сшил ей из коровьей шкуры подобие обуви, и в этой «обновке» она пошла в школу.

В скором времени в село на постой привезли солдат с фронта. Колонна грузовых автомобилей, крытых брезентом, средь бела дня въехала в село и остановилась у школы. Солдаты, вооруженные винтовками и автоматами, стали соскакивать с машин. В это время в школе шли занятия, но их срочно прервали, а детей спешно вывели из здания и велели отправляться по домам. 

- Отойдя на безопасное расстояние, мама и ее одноклассники наблюдали за тем, как солдаты выбрасывают во двор их парты и рубят их на дрова. Мама подчеркивала, что в ту ночь, на 23 февраля, пошел густой снег, и шел он всю ночь и утро, не переставая, - уточняет Муса Садулаев.

Утром, 23 февраля, семью Масары Муртаевой с односельчанами посадили на грузовики и повезли на железнодорожную станцию. На станции всех прибывших погрузили в товарные вагоны. 

- О судьбе дедушки они ничего не знали. По словам мамы, поезд останавливался лишь раз в сутки. Им выдавали баланду, которую вряд ли можно было назвать едой, позволяли набрать воды и тут же, у вагона, справить нужду. Во время этих остановок из вагонов выносили тела умерших. Эпидемия тифа, которая неожиданно вспыхнула в составе, косила ослабевших от голода людей. Тела просто складывали на снегу – хоронить людей не позволяли. Да и сил у живых оставалось все меньше и меньше, - вспоминает он слова матери. 

На 18-е сутки поезд прибыл на какую-то станцию. Стоял страшный мороз, кругом все было завалено снегом. Простуженные, ослабевшие от голода и болезней люди стояли, не имея сил даже плакать. За ними с любопытством и опаской наблюдали местные жители – казахи. Они были напуганные слухами о том, что якобы везут предателей народа, людоедов с большими носами и рогами. Местные жители стояли поодаль и изучали их, готовые убежать в любую минуту. 

- Слухи эти, кстати, распускали сами чекисты, чтобы посеять вражду и ненависть между народами, - пояснил автор повествования. - Вот так, на улице, на трескучем морозе, кутаясь в грязную одежду, часть которой была снята с умерших во время пути родственников, они провели всю ночь. Через несколько дней, дядя мамы, которого вместе с семьей привезли сюда на другом эшелоне за день до нас, нашел свою семью и забрал к себе. Ему дали небольшую комнату в общежитии, в которой две семьи, одиннадцать человек, кое-как и разместились. Все спецпереселенцы обязаны были каждый день ходить отмечаться в комендатуру. 

В комендатуре Масару Муртаеву, ее тетю и дядю определили на работу. 

- Причем их никто не спрашивал, что они умеют делать, есть ли у них какая-нибудь профессия. Их заставляли выполнять самую тяжелую и грязную работу. Детей, записали в школу и сказали, что они должны посещать занятия. Но сил на учебу не было – они настолько ослабли от голода, что с трудом передвигались. В сутки им выдавали 300 граммов хлеба, и приходилось выстаивать многочасовую очередь, чтобы получить его. Они бродили по мусорным свалкам, выискивая картофельные очистки, капустные листья – все, что можно было жевать. Если находили кость, то приносили домой, обжаривали ее на огне и грызли. Найти же выброшенную рыбью голову было настоящей удачей говорила мать. Дядя мамы был человек сообразительный и предприимчивый. Эти его качества и помогли им выжить в первые, самые тяжелые месяцы ссылки. Дядя покупал рожь и молол ее на ручной мельнице, которую смастерил сам из двух больших камней. Девочки пекли из этой муки пирожки и продавали их на рынке. На вырученные деньги покупали продукты, - рассказывает фотограф. 

Через некоторое время семью Масары вместе с несколькими другими семьями направили в город Темиртау, где с наступлением весны они должны были работать в полеводческой бригаде, выращивать овощи. Но до весны было еще далеко, кругом еще лежал снег. Их поселили в коровнике. 

 - Им просто сказали, что они в нем будем жить, а обустраивать свое жилище пришлось самим. Они вычистили сарай от навоза, соорудили из старых досок и соломы подобие лежаков. Свое жилище разделили на две половины: на одной стороне спали женщины и дети, на другой – мужчины, - говорит Муса. 

В этот нелегкий период у М. Муртаевой от голода и холода умерли младшая сестра и брат. Об отце она по-прежнему ничего не знала. В один прекрасный день им пришло письмо от отца, где он писал, что приедет и заберет самого младшего брата. Он в этом письме обещал ему, что купит все, что он пожелает и будут они жить теперь вместе. Оказывается, дедушке кто-то сообщил, что вся его семья умерла, кроме одного мальчика. Он приехал за ним, а там кроме двоих погибших детей вся его семья.

Муса Садулаев добавил, что все эти годы вайнахи вставали и ложились с надеждой, что новый день принесет радостное известие о том, что им разрешили вернуться на родину. И через долгих 13 лет героиня знаменитой фотографии со своей семьей вернулась на родину. 

Автор снимка не подозревал, что фотография, которую он сделал для матери, станет символом тех пережитых бед вайнахского народа. 

- Мама была единственным человеком, который поддерживал мое увлечение фотографией. У нас была рабочая семья и искусство фотографии считалось делом несерьезным. Я, как младший в семье, не имел право выбора профессии, потому что нужно было продолжать семейное дело, заниматься сельским хозяйством. Но после армии, кода я очень сильно увлекся фотографией мама всячески помогала мне материально и морально. Порой она это дела скрытно от семьи. Сделав снимок, я выложил его в тот же день. Фотография появилась на одном из крупнейших международных агентств информации и новостей «Associated Press». Потом даже мои близкие и знакомые на выставке подходили и говорили мне, что они не знали, что данная работа моя, - рассказывает он.

Фотограф показывал снимок матери, но она не осознавала весь масштаб фурора, произведённый одной фотографией, которая стала историей, запечатлевшись в головах людей.  

Масара Муртаева покинула этот мир 15 мая 2015 года. На фотографии ей примерно 86 лет. Точный возраст ее был неизвестен. 

Камета Амалаева